У Евы Лысенко был только один глаз — второй ей удалили, когда она была совсем маленькой, всего в два года. Этого она не помнила, зато хорошо запомнились долгие перелёты, от которых её постоянно мутило. Дед держал её на руках и уговаривал смотреть в иллюминатор на пушистые облака, похожие на сахарную вату. Он всегда сопровождал их в поездках и заменял ей отца, которого Ева никогда не знала.
— Имя тебе придумал дедушка, — мама повторяла это бесчисленное количество раз. — Когда твой отец ушёл от меня, я впала в депрессию. Совсем не была похожа на обычную беременную: перекрасилась в чёрный цвет и слушала тоскливую музыку. Когда ты родилась, я даже не хотела брать тебя на руки — лежала целыми днями без сил, а дедушка кормил тебя из бутылочки. Он назвал тебя Евой Лысенко — верил, что именно ты сможешь вернуть меня к жизни. И ты вернула.
Обычно после этих слов начинались слёзы и рассказы о том, как поставили диагноз, как они мотались по больницам столицы и как мама быстро осознала: жизнь — это самое ценное из всего существующего. Еве эти разговоры были неприятны — всё уже прошло, зачем вспоминать? Сейчас у неё всё складывалось неплохо. Почти идеально — если бы только дед был рядом.
Дедушка раньше тренировал детскую волейбольную команду, а выйдя на пенсию устроился работать садовником — он обожал цветы и при этом ужасно стеснялся своей любви к ним. Часто дарил букеты близким людям и тайком гладил лепестки цветов пальцами с такой нежностью, будто боялся повредить их хрупкость. Некоторые из них он засушивал между страницами книг.
— А зачем ты это делаешь? — спрашивала Ева.
— Чтобы сохранить память об этом дне, солнышко моё, — отвечал он с улыбкой.
Когда дедушка заболел серьёзно, многие врачи пытались ему помочь: среди его бывших воспитанников было немало знакомых специалистов и родителей детей из команды; даже его лучший друг-терапевт принимал пациентов со всей Украины — но никто не смог остановить болезнь.
На похоронах было столько цветов, что аромат стоял такой густой и тяжёлый, что Еве становилось трудно дышать. Она взяла один цветок и вложила его между страниц книги – хотя именно этот день ей хотелось забыть навсегда.
Когда Ева заявила о своём желании стать художницей, мама нервно усмехнулась и сказала: идея сомнительная. Но девушку это не остановило – она привыкла идти своим путём: дедушка всегда учил её добиваться желаемого.
Художественную школу она окончила блестяще – вопреки маминым опасениям насчёт того, что с одним глазом рисовать будет сложнее других. А вот обучение в университете по направлению «дизайн» шло уже не так гладко – оказалось недостаточно просто хорошо рисовать: копировать чужие работы у неё получалось отлично, а вот создавать собственные идеи давалось с трудом. Об этом ей говорили не раз – но Ева была настойчива: если упорно трудиться – обязательно получится результат.
— Настоящая практика начинается с реальной работы! – утверждала её одногруппница Ангелина Кравченко. – Я уже просматриваю вакансии дизайнеров: всё равно эта сессия лёгкая да ещё практика впереди… Лучше сразу найти нормальное место самой – иначе отправят неизвестно куда.
Еве понравился этот подход к делу – она тоже начала рассылать резюме и мониторить предложения по работе; иногда заглядывала через плечо Ангелине Кравченко посмотреть её пометки о вакансиях. Так получилось, что однажды они оказались вместе на собеседовании в одной фирме вместе с ещё одной претенденткой – молодой женщиной с ребёнком; та всё время звонила кому-то узнать о состоянии своего малыша.
Ева надеялась выполнить задание дома позже – но им выдали планшеты прямо на месте: объяснили задачу и оставили час времени для выполнения теста. Боковым зрением девушка наблюдала за теми двумя кандидатками и понимала: у неё выходит слабее… «Дедушка… помоги мне… Ты же говорил сам: я лучшая», – мысленно обратилась она к нему за поддержкой.
Задание им выдавала женщина в ярком жёлтом костюме; Ева решила было сначала подумать, что именно она будет принимать результаты работы… Но вскоре всех троих проводили к руководителю фирмы — солидному мужчине в дорогом костюме с вызывающим галстуком нелепого цвета.
— Меня зовут Тарас Григорьенко! — представился он громким голосом. — Алла Михайлов уже показала мне ваши задания… В целом я почти определился с выбором кандидата… Но решил сначала вас послушать лично…
Он замолчал вдруг посреди фразы после того как встретился взглядом с Евой Лысенко; девушка ощутила волну тревоги… А потом заметила забавную родинку у него на щеке — форма напоминала лягушку… Она чуть было не рассмеялась вслух от неожиданности… И тут же занервничала ещё сильнее: провалила задание хуже всех да ещё несёт какую-то ерунду…
Вопросы он задавал странные: кем мечтали стать ребёнком? Как зовут родителей? Есть ли домашние животные? У мамы была аллергия на шерсть животных – поэтому дома у Евы жили только рыбки…
— Мы свяжемся с вами позже… — сказал он напоследок перед тем как попрощаться… И задержал взгляд именно на ней…
