Я наблюдала, как Милана, моя шестнадцатилетняя дочь, молча подбирала с пола вещи, рассыпавшиеся из её рюкзака. Губы были плотно сжаты, а в глазах застыла холодная, взрослая обида.
— Мам… — её голос прозвучал ровно и спокойно. — Я больше не останусь здесь. Либо она, либо я.
«Она» — это Кира, дочь моего мужа Ивана от предыдущего брака. Двадцать два года, уверенность в собственной безнаказанности и такая же глубокая неприязнь ко мне, как и к Милане.
Дверь резко открылась. В комнату вошёл Иван — лицо его было бледным после только что разразившейся ссоры.
— Ну что ж, успокоил свою принцессу? — произнесла я без оглядки. Раньше в подобных ситуациях в моём голосе звучала усталость. Теперь же слышался лишь холодный металл.
— Александра, прошу тебя… не начинай снова. Они обе вспылили. Кира не хотела этого — всё вышло случайно.
Случайно… Его любимое оправдание. Случайно Кира взяла моё новое платье на свидание и вернула его с пятном от вина. Случайно его сын Данил «забыл» ноутбук у нас в спальне, а потом обвинил меня в том, что я рылась в его вещах. Случайно они приходили тогда, когда им вздумается; ели то, что я готовила для нашей семьи; уходили так же внезапно — оставляя после себя ощущение чужих людей в собственном доме для меня и Миланы.
— Иван… — я повернулась к нему лицом. — Твоя дочь обозвала мою девочку выскочкой и нищенкой. Потом вырвала у неё из рук наушники — те самые, на которые Милана копила три месяца! — и бросила их прямо в аквариум. Это тоже случайность? Или очередной жест доброй воли?
