— Вы считаете, я рожала нарочно, чтобы испортить вам торжество? — с изумлением произнесла невестка в ответ на упрек свекрови.
Лариса не спешила открывать глаза, пребывая в приятной полудреме, где переплетались предвкушение праздника и легкая усталость от хлопот по его подготовке.
Сегодня был особенный день — ей исполнялось шестьдесят. Целая эпоха. Юбилей она планировала отметить с размахом: собрать всех родных, друзей детства и бывших коллег.
Был заказан шикарный банкет в ресторане, новое платье — темно-синее, до пола — уже висело на вешалке. Всё должно было пройти безупречно.
Она потянулась к тумбочке за очками, и в этот момент экран телефона замигал входящим вызовом.
— Тарас… — прочитала она имя и невольно улыбнулась. — Конечно же, сын спешит поздравить одной из первых. Такой заботливый!
— Мама, с днем рождения! — голос Тараса звучал взволнованно и будто бы немного напряженно.
— Спасибо тебе, дорогой! — Лариса приподнялась на подушках. — Ты уже выехал? Не забыл: к одиннадцати мы должны быть в ресторане всё проверить.
На том конце повисла короткая пауза, наполненная тревожным молчанием.
— Мам… У нас… У нас началось. Оксана… Мы уже в роддоме. Уже третий час…
Мир Ларисы, только что казавшийся устойчивым и праздничным, вдруг пошатнулся и начал рушиться по кусочкам.
— Что?.. Как это?.. Но ведь срок ещё не подошёл!
— Врач говорит, всё нормально. Такое случается. Просто малыш решил появиться пораньше, — Тарас старался говорить бодро, но за этой бодростью пряталась явная тревога.
— Дай мне поговорить с Оксаной! — потребовала Лариса с внезапным холодком вдоль позвоночника.
— Мама… Она уже в предродовой палате. Ей сейчас не до разговоров. Я буду держать тебя в курсе событий. Постарайся не волноваться… — он отключился.
Лариса медленно опустила телефон себе на колени. Солнечный луч теперь казался ей назойливым и даже злым.
Роды? Именно сегодня? В её юбилей? Эта мысль стучала у неё в голове всё громче и тяжелее с каждым мгновением.
Сначала пришло ощущение паники: а как же ресторан? Гости? Торт со свечами?
Затем паника сменилась глухим чувством обиды: разве нельзя было «подождать»?
Хотя здравый смысл подсказывал: такие вещи неподвластны воле человека… Но разум отступал перед эмоциями.
Сердце кричало громче логики: невестка лишает её праздника! Её дня! Теперь эта дата навсегда будет связана не с ней самой, а с этим новорожденным…
Она подошла к окну и посмотрела на пробуждающийся город за стеклом.
— Всегда так… — прошептала она едва слышно. — Ни одного настоящего праздника без помех…
В памяти всплыл тот день пятилетней давности: тогда Тарас так хотел приехать на её пятьдесят пятилетие… но сломалась машина…
А теперь вот это.
