А теперь вот это. Всё происходящее казалось злым розыгрышем судьбы…
Звонок раздался спустя почти шесть часов. Лариса не притронулась ни к еде, ни к воде, отменила бронирование в ресторане и отправила гостям короткие сообщения о «семейных обстоятельствах». В нарядном платье, сидя в полутемной гостиной, она ощущала себя самой одинокой и несчастной женщиной на свете.
— Мама, всё замечательно! — голос Тараса звучал радостно, но сквозь него пробивалась усталость. — У тебя внучка! Мы назвали её Миланой. Милана Тарасовна!
— Милана… — имя прозвучало для Ларисы легкомысленно. — А почему не Лариса? — с насмешкой поинтересовалась она.
— Мам… Мы с Оксаной давно решили: если будет девочка — назовём Миланой. Ей это имя очень нравится, — Тарас неловко рассмеялся.
— Поздравляю, — холодно произнесла Лариса и отключилась.
В тот день она так и не поехала в роддом, сославшись на недомогание. На самом же деле её душила обида.
Весь вечер именинница провела в одиночестве перед нетронутым тортом: шестьдесят свечей так и остались незажжёнными.
*****
Первые недели после рождения малышки прошли для Тараса и Оксаны в бешеном темпе. Бессонные ночи сменялись первыми улыбками дочери, капризами и коликами.
Они полностью погрузились в новый мир родительства — хрупкий, трогательный и непростой. За это время Лариса появилась у них всего несколько раз, причём каждый визит напоминал скорее проверку.
Она брала Милану на руки осторожно и напряжённо, словно боялась испачкать своё тёмно-синее платье; делала замечания о прохладе в квартире или о том, что Оксана слишком легко одета для кормящей женщины.
Измотанная бессонными ночами и гормональными бурями невестка молча терпела упрёки, прикусывая губу. Но однажды её терпение лопнуло.
Это был обычный вечер. Тарас задержался на работе. Лариса пришла без предупреждения и застала Оксану в старом халате с растрёпанными волосами: та пыталась укачать плачущую Милану.
— Опять орёт? — с порога бросила свекровь. — У меня Тарас никогда так не кричал! Может быть, у тебя молоко плохое? Или характер у неё такой… тяжёлый…
Оксана зажмурилась на секунду: дрожь начала подниматься от самых пальцев рук вверх по телу.
— Лариса Ивановна*, у всех младенцев бывают колики. Это нормально!
— Нормально-нормально… — фыркнула та, оглядывая беспорядок вокруг себя. — А ты не думала: может быть, из-за даты рождения она такая беспокойная? Родиться в чужой праздник – плохая примета! Энергетику мою забрала – вот теперь орёт без остановки! Ты с ней справиться даже не можешь!
После этих слов наступила гнетущая тишина. Даже малышка вдруг прекратила плач и удивлённо распахнула заплаканные глазки.
Оксана медленно подняла взгляд на свекровь. Её голос прозвучал тихо… но внутри него чувствовалась угроза:
*Примечание: если отчество нужно сохранить (например «Анна Дмитриевна»), то можно адаптировать как «Лариса Ивановна», предполагая соответствующее отчество для нового имени
