Если ты такой принципиальный, то зачем тогда осыпаешь её подарками, которые нам не по карману?! Ты сам создаёшь между ней и её братом пропасть! Думаешь, он не замечает этого?
— Я просто хочу, чтобы у дочери было всё необходимое, — сдержанно произнёс Станислав. — А то, что ты не можешь обеспечить того же своему сыну — это уже твои трудности. Не стоило рожать без расчёта. Я и так на пределе: несмотря на алименты почти в сто тысяч гривен, я сам покупаю ей одежду и обувь. Ты ведь ни копейки на неё не тратишь. Зато на своего сына у тебя средства находятся. Или ты думаешь, я ничего не вижу? Откуда у вас новая машина из автосалона? И я уже молчу про квартиру, которую оставил дочери — теперь вы её сдаёте.
От этих обвинений лицо Оксаны вспыхнуло ярким румянцем. Вскакивая со стула, она едва его не опрокинула.
— Проваливай к чёрту! Я ещё перед тобой за твои гроши отчитываться буду!
— Мне нужна справедливость, — спокойно продолжал бывший супруг. Только уголок его губ дрогнул — она слишком хорошо знала эту нервную привычку: значит, всё-таки задет.— Либо ты предоставляешь отчёт о расходах алиментов по пунктам, либо я подаю иск и забираю Александру.
Она прекрасно знала его упрямство: именно оно и помогло ему добиться всего в жизни — остановить его было невозможно. Но здесь он наткнулся на стену: закон всегда поддерживает мать. Она не пьёт, не ведёт разгульный образ жизни и никогда не поднимала руку на ребёнка. Пусть забудет.
— Ты мою дочь не получишь.
— У меня будут доказательства того, что ты тратишь деньги на другого ребёнка. И что у Александры нет своей комнаты в вашей квартире. А у меня есть отдельная комната для неё.
— Нет такого закона, который обязывает меня отчитываться перед тобой за алименты! Так что свои «доказательства» можешь засунуть куда подальше! Или ты хочешь сказать, что я должна покупать мороженое дочери исключительно на твои деньги, а сыну — только с зарплаты его отца? Не говори ерунды! Я мать и лучше знаю потребности своих детей! Александра отлично учится, одета с иголочки и здорова как бык! Что тебе ещё нужно?
— Я заберу её к себе. Она больше не будет жить в этом кошмаре.
В этот момент Оксана поняла: договориться с бывшим мужем невозможно — мирного сосуществования быть не может. Вечером она рассказала обо всём нынешнему супругу. Тот был возмущён до глубины души:
— Требовать отчёт по алиментам?! Он вообще с ума сошёл? Это же унижение!
— А если он обратится в суд? Он может забрать Александру… Просто купит её вниманием и деньгами.
— Значит так… Надо ограничить их общение как можно сильнее. Может вообще перестать пускать?
Александре запретили встречаться с отцом. Но Станислав оказался проворнее: он первым обратился в суд и добился официального графика общения с дочерью согласно закону Украины. Однако Оксану такими методами было трудно сломить: каждый раз при попытке забрать ребёнка она находила повод отказать.
— У Александры температура была вчера… Педиатр приходил осматривать её,— грустно сообщала Оксана при каждой встрече бывшему мужу.
