— Он ребёнок, Александр, — устало пыталась защитить сына Мария.
— Он дикий щенок. Весь в своего отца, наверное. Глядит исподлобья.
Александр мог запросто стукнуть Максима по затылку за громко включённые мультики. Или обозвать «тупицей», если тот не справлялся с задачей по математике.
— Посмотри на него, — говорил он Марии. — Тормоз. Ничего из него не выйдет.
Мария молчала. Её пугала мысль остаться одной. Она цеплялась за Александра, убеждая себя: «Он просто строгий… Это мужская дисциплина».
Максим замыкался в себе. Он скучал по отцу, но мать ограничивала их встречи: «У тебя теперь другая семья, привыкай к дяде Александру».
Спустя полгода Мария узнала, что беременна. Александр воспринял новость без особой радости, но сказал:
— Ладно уж, родим. Только предупреждаю: этот твой тут мешаться не будет. С младенцем и так забот выше крыши, а тут ещё этот оболтус под ногами путается.
— И что же делать? — растерянно спросила Мария.
— Отдай его отцу. Пусть сам воспитывает. Хотел сына — вот пусть и занимается им. Нам место нужно — детскую обустраивать будем.
Мария долго не раздумывала. Рядом был Александр — её «настоящий». А Максим… он напоминал о прошлом.
Она набрала номер Тараса.
— Тарас… у нас будет ребёнок… Нам стало тесно… Может, ты заберёшь Максима? Ему с тобой будет лучше…
Тарас приехал уже через час. Он не стал упрекать Марию ни словом. Просто вошёл в комнату к сыну, который сидел на кровати с книжкой в руках.
— Максим, хочешь ко мне? Навсегда?
Мальчик поднял взгляд — в его глазах вспыхнула такая надежда, что у Тараса кольнуло сердце.
— Правда? Мама разрешила?
— Разрешила. Собирайся.
Максим собрал вещи за считанные минуты. Он не плакал при прощании с матерью — только тихо сказал: «Пока, мам».
К тому времени Тарас уже продал бизнес в городе и приобрёл просторный участок земли неподалёку от Черкасс. Всегда мечтал о фермерской жизни: построил крепкий деревянный дом на два этажа, завёл коров и свиней с курами.
Максим оказался словно в другом мире: здесь пахло свежим сеном и парным молоком; здесь царили тишина и свобода; никто не кричал без повода. Бабушка по отцовской линии души не чаяла во внуке: пекла пироги и вязала тёплые носки на зиму. Отец был рядом — занятой работой человек, но теперь Максим трудился вместе с ним.
— Папа, можно я телёнка покормлю?
— Конечно можно! Только аккуратно — бодаться любит!
Они вместе убирали хлевы, ремонтировали трактор и ездили на рыбалку ранним утром до рассвета. Максим окреп физически, загорел под солнцем и уже к десяти годам научился водить машину (по полям). Он понял цену настоящему труду и прочувствовал мужское товарищество по-настоящему.
С отцом они понимали друг друга без лишних слов. Максим видел своими глазами: каждый заработанный гривен давался нелегко — и уважение к Тарасу росло день ото дня. А тот гордился сыном: парень не боялся ни грязи под ногтями, ни тяжёлого труда; рос настоящим мужчиной среди земли и честной работы.
