Да, таких, кто был хоть немного привлекательнее самой смерти, а главное — мог обеспечить деньгами и беззаботной жизнью, которую так обожал Роман, было немало. Он словно этим воздухом дышал.
Сейчас таких мужчин называют альфонсами. Только у моего альфонса был ещё и постоянный «тариф» в моём лице.
Отец всё это прекрасно видел, но повлиять не мог. Я терпела. Родила от Романа сына.
А дальше всё словно в тумане… Роман так и остался рядом. Со временем он перестал надеяться найти кого-то богаче, но привычка бегать по женщинам осталась.
Так и продолжал бегать — да и сейчас не остановился. Только теперь он уже не тот: ни молодости, ни той яркой внешности. И если раньше он искал у женщин выгоду, то теперь скорее сам нуждается…
А я незаметно стала тихой поклонницей вина — настолько тихой, что в последнее время просто лежала пластом и пила без меры, даже с кровати подняться не могла.
Да, это был мой выбор. Моя слабость. Но я винила во всём Романа — именно он разрушил мою жизнь.
И вот в самый последний момент — буквально на операционном столе — меня охватил настоящий страх перед смертью. Меня как током проняло…
Я решила жить! Решила бороться! Хоть за любые деньги — лишь бы помогли… Я поняла: буду цепляться за жизнь до последнего вздоха. У меня сильный характер — наверное, пошёл от отца. Он тоже крепко выпивал: неделями мог не выходить из запоя, но если надо было собраться — через час уже стоял на ногах с помятым лицом и ясными глазами, будто это окружающие провалились из жизни на две недели, а не он.
Мне такого здоровья не досталось… Женская зависимость наступает быстро и беспощадно. Но оказалось: воля к жизни у меня всё же осталась. Я вспомнила о матери-старушке… о сыне с его семьёй… им нужно моё участие… внуки… Не одним Романом мир ограничивается.
Меня увезли лечиться. Сын был рядом. Мама тоже поддерживала как могла. Отца уже десять лет нет со мной… но я уверена: где-то там он радовался вместе со мной тому моменту прозрения.
Он часто приходил ко мне ночами в больничных кошмарах и говорил:
— Тебе рано сюда ещё, дочка… Подумай хорошенько: кем ты тут будешь? Где окажешься? Ты ведь живёшь неправильно… С таким образом жизни тебе здесь будет тяжело… У тебя есть шанс — только не упусти его…
****
Роман замолчал так резко, будто вместе со мной прокручивал в голове всю нашу сумбурную жизнь.
Потом произнёс:
— Я просто хочу жить спокойно… Без всех этих…
— А я разве нет?! Думаешь мне этого не хочется?! — выкрикнула я ему в ответ.
— Ну… ты ведь сама себе больше не веришь… — добивал меня Роман спокойно.
— А ты? Ты веришь?
Он промолчал.
В этот момент до меня дошло окончательно: моё внутреннее топливо давно выгорело дотла; для него я уже давно стала обузой… И теперь ему нужно получить от меня последние остатки выгоды — как сдают старую машину на металлолом ради последних гривен…
