Ничего не предвещало беды. И всё же внутри нарастало странное беспокойство, словно в воздухе повисло предчувствие чего-то важного и неизбежного.
Минуло, возможно, полчаса, а может, и больше. Оксана уже начинала клевать носом в тревожной дремоте, когда из гостиной донёсся приглушённый голос Марии.
— Оксана… — позвала она едва слышно.
Оксана резко поднялась с кровати. Сердце забилось чаще.
— Что случилось? — спросила она, накидывая халат на плечи.
Она вышла в коридор. В гостиной тускло светил ночник. Мария сидела на диване, рядом под одеялом мирно спал ребёнок. На лице подруги застыло напряжение — видно было, как долго она собиралась с мыслями.
— Нам нужно поговорить, — произнесла Мария серьёзно.
Внутри у Оксаны всё сжалось в тугой комок.
— О чём речь? — спросила она, хотя уже чувствовала: ничего хорошего этот разговор не принесёт.
Мария глубоко вдохнула, будто готовясь прыгнуть в ледяную воду.
— Хочешь — осуждай меня. Хочешь — прощай. Это твоё право. Но мой Александр… он от Тараса.
Слова прозвучали негромко, но в тишине квартиры они прозвучали как гром среди ясного неба. Сначала Оксана даже не поняла смысла сказанного. Она смотрела на Марию в ожидании того момента, когда та рассмеётся и скажет: «Шучу». Но этого не произошло.
— Что ты сейчас сказала?.. — наконец прошептала она.
— Я сказала правду, — твёрдо ответила Мария. — И ты должна её знать.
Оксана вскочила с места и сделала шаг вперёд… но тут же остановилась. Всё вокруг словно пошатнулось; земля под ногами стала зыбкой и ненадёжной.
— Сядь уже наконец, — сказала Мария раздражённо. — Ты не упадёшь от этих слов.
Говорила она спокойно… даже слишком спокойно для такой ситуации — именно это пугало сильнее всего остального.
— Это случилось ещё до вашей свадьбы, — продолжала Мария ровным голосом. — Тогда ты уезжала к себе домой на выходные… Помнишь?
Оксана помнила прекрасно: часто навещала мать и помогала ей по хозяйству. Тогда ей казалось естественным не докладывать мужу о каждом своём шаге.
— Я тогда зашла к вам домой… Не знала ведь, что тебя нет. Дверь открыта была… бардак кругом. Ну я и начала прибираться – как обычно делала всегда. А он ходил за мной хвостом да нахваливал: мол какая я хозяйка аккуратная да чистоплотная…
Она усмехнулась коротко и безрадостно:
— А я ещё похвасталась: мол готовлю вкусно тоже умею… Он сбегал в магазин – купил фарш там всякий да капусту… Я ему голубцов налепила да окорочка запекла… Или ты забыла потом хвасталась всем подряд – какой у тебя муж повар отменный?
Оксане стало зябко от этих слов – действительно ведь хвалилась подругам с гордостью: мол Тарас готовит лучше любого ресторана… Теперь эти воспоминания жгли изнутри ледяным пламенем…
— Всё это было приготовлено моими руками… — тихо добавила Мария. — Потом он достал бутылку вина… Мы расслабились…
Оксана закрыла глаза – казалось ещё чуть-чуть и потеряет сознание…
— Он тогда говорил прямо: ты холодная стала для него… Безразлична к его ласкам… А со мной ему тепло…
— Замолчи… — прошептала Оксана еле слышно…
Но Мария продолжила:
— Он потом ещё три месяца приходил ко мне ужинать… Последний раз был уже после вашей свадьбы… Говорил: ошибся он с тобой; что ты «бревно», а развестись не может – только женился ведь! Родители твои что скажут? Его друзья?
Каждое слово било по сердцу как молотком по гвоздю… Слёзы так и не появились – будто застряли где-то глубоко внутри…
— Так вот почему я пришла сюда с ребёнком… Александр должен быть рядом со своим отцом… Я надеюсь ты отпустишь Тараса… Не думаю что чувства его ко мне угасли…
Последние слова почти утонули в шуме крови у Оксаны в ушах… Она любила мужа – по-своему тихо и уверенно; веря что настоящая любовь именно такая – спокойная надёжность без бурь…
И теперь всё рушилось…
Мысль о прощении вспыхнула неожиданно ярко: простить ради сохранения семьи? Но как жить дальше зная обо всём этом? Зная про ребёнка? Про женщину которую он тайком навещал?..
Ответа не находилось…
Около четырёх утра щёлкнул замок входной двери – кто-то тихо вошёл внутрь квартиры…
Оксана вместе с Марией одновременно подняли головы…
Тарас появился неслышно – снял куртку аккуратно разулся и направился вовсе не в спальню а прямиком к гостиной где снова запищал малыш…
Оксана вышла из своей комнаты осторожно прислушиваясь…
— Прости меня Мария… — сказал Тарас усталым голосом.— Станислав сказал мне что по совести надо остаться с женой… А я сам до сих пор толком не знаю чей это ребёнок…
Мария ответила спокойно:
— А родимое пятнышко на плече? У нашего Александра оно разве другое?.. Но скажи честно: хоть что-то чувствуешь ко мне кроме страсти?
Тарас промолчал долго…
Наконец выдавил:
— Помогать буду обязательно… Квартиру сниму тебе отдельную оплачу всё как положено… Но уйти от Оксаны я не могу…
И тут Оксана вышла из тени своей спальни прямо перед ними — босая в пижаме растрёпанные волосы бледное лицо но голос звучал уверенно:
— Ты собираешься метаться между «бревном» и «страстной женщиной»?.. Извини конечно но мне такое ни к чему!
Тарас вздрогнул будто получил удар:
— Оксаночка…
Но она перебила его жёстко:
— Не надо! Квартира съёмная — делить нечего! Как только рассветёт — уходите оба!
Повисло гнетущее молчание…
Лишь малыш посапывал во сне ничего не подозревая о том как рушатся взрослые жизни прямо сейчас…
Оксана повернулась спиной и ушла обратно в спальню…
Она знала точно: пути назад больше нет…
И пусть боль пока обжигает душу — утро принесёт освобождение…
Горькое.
Но необходимое.
