— Я мать твоего мужа, — прошипела свекровь. — И я знаю, как должно быть в семье.
— Тогда начните с себя, — спокойно ответила Оксана, глядя прямо. — Хотите угощать сестру — покупайте сами. Хотите прийти — предупреждайте заранее. Хотите взять — спрашивайте разрешения. Всё просто.
— А если я не стану спрашивать? — Лариса шагнула ближе, сверля взглядом невестку. — Что ты мне сделаешь?
Оксана чуть усмехнулась уголком губ.
— Вызову участкового, — произнесла она буднично, как будто просила выключить свет. — И да, Богдан, посмотри мне в глаза: я это сделаю. Мне уже всё равно, как это будет выглядеть.
Богдан вздрогнул.
— Оксана… ты… ты серьёзно?..
— Вот. — Она протянула Ларисе запасной ключ с красной меткой. — Ваш? Или вы скажете, что он сам появился?
Лариса на мгновение растерялась, но быстро вернула себе уверенность.
— Ах вот оно как… — обратилась она к сыну. — Богданчик! Ты ей дал ключ? Ты предал мать?
— Я… — Богдан запнулся.
— Он никого не предавал, — перебила Оксана. — Он просто выбрал путь наименьшего сопротивления: чтобы вы приходили и брали всё без спроса, а я молчала. Но теперь молчать я больше не намерена.
— Ты всё разрушишь… — тихо сказала Лариса с такой угрозой в голосе, что крик показался бы мягче. — Думаешь, победишь? Думаешь, кто-то тебя поддержит? Богданчик мой сын!
— Тогда пусть он сейчас скажет вслух и при вас: «Мама, верни ключи и перестань брать еду».
Богдан стоял неподвижно между двумя женщинами и вдруг произнёс то, от чего Оксане стало холодно:
— Мама… ну… могла бы ты хотя бы делать это не так явно… Оксана из-за этого переживает…
Оксана медленно повернулась к нему:
— «Не так явно», значит… То есть дело не в том, что ты берёшь без спроса… А в том, что тебя поймали?
Лариса торжествующе вскинула брови: «Ну вот».
— Богданчик! Пошли отсюда! Тут истерика! А мне ещё стол накрывать!
Оксана прикрыла дверь ровно настолько, чтобы Лариса не смогла пройти внутрь.
— Вы никуда не пойдёте сейчас. Отдаёте ключи и уходите. Без сумки. Как пришли.
— Я никуда не уйду! Ты меня отсюда не выгонишь!
Оксана резко захлопнула дверь почти до конца; щёлкнул замок.
— Богдан! Или ты сейчас забираешь у неё ключи и ставишь точку в этом вопросе… Или собирай вещи и живи у неё. Другого варианта нет.
— Оксана… ты угрожаешь?
— Нет. Просто говорю правду как есть.
Снаружи раздался возмущённый голос:
— Богдан! Она меня закрывает на лестничной клетке! Как собаку!
Богдан застонал так тяжело, будто хотел исчезнуть с места.
— Оксана… открой… пожалуйста…
Она приоткрыла дверь едва-едва; Лариса тут же потянулась вперёд, но Оксана осталась на месте:
— Ключи?
Свекровь бросила взгляд на сына: тот молчал мрачно и устало. Тогда она достала второй ключ из кармана и со звоном бросила его на коврик:
— Довольна?! Довела до позора!
Оксана кивнула на её сумку:
— Ещё пакет оставьте здесь.
Лариса вспыхнула:
— Совсем страх потеряла…
Но услышала повторение:
— Сумку оставьте.
Богдан наконец вмешался:
— Мама… хватит уже… Отдай ей пакет и иди домой…
Лариса медленно опустила сумку на пол так демонстративно и тяжело словно прощалась со своей властью над этим домом. Развернулась к лестнице и бросила через плечо:
– Ты пожалеешь об этом ещё… Богданчик! А ты… – посмотрела на Оксану – узнаешь однажды цену одиночества…
Дверь захлопнулась окончательно; тишина наполнила квартиру звоном напряжения вместо покоя.
Богдан прошёл на кухню и сел за столешницу с пустым взглядом:
– Зачем так жёстко?.. Можно же было по-другому…
Оксана подошла ближе и облокотилась о спинку стула:
– По-другому?.. Я два месяца пыталась «по-другому». Улыбалась сквозь зубы. Молчала каждый раз после очередного визита вашей мамы с пустыми полками после себя… Покупала снова продукты… Делала вид перед вами обоими будто всё нормально… А вы делали вид будто я просто истеричка…
– Она моя мама…
– А я твоя жена!.. – сказала она тихо но резко – И знаешь что самое отвратительное? Только что ты показал мне: даже её сумка для тебя важнее моего слова…
Богдан резко поднял голову:
– Это неправда!.. Просто пойми – мама у меня одна…
– И что теперь? У нас тут склад для одиноких матерей? Если человек одинокий – можно нарушать чужие границы?
Он провёл ладонями по лицу устало:
– Ну хватит уже… Давай просто жить дальше нормально… Не доводи до развода…
На секунду наступило молчание; слово «развод» повисло между ними липким облаком неприятия…
– Поздно уже говорить о «просто жить», Богдан… – тихо произнесла она – Скажи честно: когда отдавал ей ключи – понимал ведь прекрасно: она будет приходить тогда когда меня нет дома?
Он промолчал сначала…
– Богдан?..
– Она просила… Говорила мол ты слишком самостоятельная… Что ей надо иногда помочь по хозяйству… Я подумал пусть зайдёт когда тебя нет дома – чтобы вы меньше ругались…
Оксана коротко усмехнулась без радости:
– То есть лучший способ избежать конфликтов между нами был дать ей доступ за моей спиной?.. Превосходное решение!
– Я ведь не хотел зла…
– Но получилось именно зло!.. – сказала она взяв телефон со стола – Знаешь что? Сейчас позвоню подруге своей – переночую у неё сегодня ночью… Мне нужно прийти в себя…
Он вскочил испуганный:
– Не надо уходить!.. Давай поговорим спокойно…
Она покачала головой уходя в спальню за вещами:
– Мы уже поговорили достаточно… Завтра сменю замок входной двери – обсуждать это бессмысленно…
Он смотрел растерянно как она застёгивает сумку
– Ты меня выставляешь?!
Она остановилась лишь на мгновение перед выходом из комнаты
– Нет… Просто впервые за долгое время делаю то от чего самой себе становится легче дышать…
Он шагнул ближе пытаясь взять её за руку
– Оксаночка ну пожалуйста…
Она отдёрнула руку
– Не трогай меня!… Ты хотел помягче?… Вот тебе мягче!… Я ухожу без скандалов!… Пока без скандалов…
Он остался стоять ошарашенный происходящим а она уже натягивала ботинки в прихожей
– Завтра приду за остальными вещами… И поговорим спокойно как взрослые люди если конечно ты вообще ещё способен быть взрослым человеком…
Она открыла входную дверь вышла на площадку когда вдруг услышала за спиной его голос полный обиды
–– Думаешь права?… Думаешь кто-то будет ждать тебя?..
Она остановилась ненадолго прежде чем повернуться обратно
–– Себя буду ждать!… Вот кто точно подождёт!
И пошла вниз по лестнице; снег за окном казался темнее обычного а воздух резче чем прежде но внутри стало легче чем там где чужая сумка всегда важнее твоих слов…
На улице она набрала номер подруги; та ответила почти сразу
–– Оксаночка?… Что случилось?… Ты плачешь?..
–– Нет…, – выдохнула та тяжело – Злюсь!… И ночевать сегодня дома точно не хочу…
–– Приезжай скорее!… Адрес тот же!… Поднимайся сразу ко мне!
Оксана кивнула сама себе хоть подруга этого видеть не могла
–– Спасибо тебе большое!… Уже бегу!
Убрав телефон в карман она направилась к остановке; январская ночь медленно поглощала город фонари тонули во влажном тумане снег хрустел под ногами а маршрутки проезжали мимо словно нарочно игнорируя людей…
И среди этой серости вдруг пришло осознание: это вовсе не конец истории а только начало трудного но честного разговора — теперь уже с самой собой а не со свекровью или мужем
