В углу стоял почти законченный комод — оставалось только прикрутить ручки.
– Тот самый? Из ореха?
– Он.
Оксана провела ладонью по поверхности. Дерево было гладким и тёплым на ощупь.
– Ты всё это делаешь сам.
– А кто ещё?
Она едва заметно улыбнулась. Тарас и раньше любил такие сухие, бесстрастные шутки.
Они вошли в дом. Всё было просто, аккуратно. Кухня, гостиная, спальня — без излишеств. Мебель явно сделана им самим.
– Всё своими руками?
– Почти всё. Диван купил — не дошли руки сделать самому.
Оксана опустилась на диван. Он устроился рядом.
– Я хочу тебе кое-что показать, – произнёс он негромко.
Она насторожилась, сама не зная почему.
– Что именно?
Тарас поднялся и подошёл к комоду в углу комнаты. Открыл верхний ящик и достал небольшой предмет. Вернулся к ней с ним в руках.
Это была бархатная коробочка, по краям немного потёртая временем.
– Тарас… – прошептала она еле слышно.
– Помнишь день, когда ты ушла?
– Конечно помню.
– Я тогда готовил ужин. Хотел устроить всё красиво: свечи, вино, твоя любимая музыка…
– Я не знала об этом…
– Естественно не знала — ты ушла утром того дня.
Он раскрыл коробочку. Внутри лежало кольцо: простое серебряное украшение с маленьким камнем посередине.
– Я собирался сделать тебе предложение тогда вечером…
У Оксаны перехватило дыхание. Она смотрела на кольцо и не могла вымолвить ни слова.
– Двадцать лет прошло, – продолжал Тарас спокойно. – Всё это время оно лежало здесь, в этом ящике. Я не смог его выбросить… Не смог продать… И никому другому подарить тоже не мог…
– Почему?
– Потому что оно твоё. Оно стало твоим с того самого момента, как я его купил для тебя…
Слёзы сами собой покатились по щекам Оксаны. За последние полгода она ни разу не плакала — ни когда муж уходил из дома, ни когда подписывала бумаги о разводе… А сейчас остановиться уже не могла…
– Я показываю его тебе не для того чтобы давить или заставлять что-то чувствовать… – тихо сказал Тарас. – Просто хочу, чтобы ты знала: я ждал тебя… Не абстрактно… Не образно… Конкретно тебя…
– Тарас…
– Да?
– Помолчи немного…
Она взяла его за руку крепко-крепко. Он позволил ей держать её так долго, как нужно было ей самой…
Они сидели молча ещё какое-то время. Оксана смотрела то на кольцо в раскрытой коробочке у него на коленях, то на его пальцы рядом с её рукой… Потом перевела взгляд к окну — за стеклом сгущались сумерки…
Наконец она спросила:
— Что теперь будет?
— Не знаю… Как ты хочешь?
— Хочу попробовать снова… Начать сначала… Узнать тебя заново — каким ты стал за эти двадцать лет…
— Хорошо…
— Ты даже не спросишь меня про кольцо? Что я собираюсь с ним делать?..
— Нет…
— Почему нет?..
— Потому что это уже второстепенно… Главное — ты здесь…
Оксана положила голову ему на плечо… Он остался неподвижен… Просто был рядом…
— Двадцать лет… — прошептала она почти неслышно…
— Двадцать лет…
— Это же безумие…
— Возможно…
— Но ты ведь ни о чём не жалеешь?..
— Ни об одном дне…
Она закрыла глаза… Ей было сорок пять… Ему почти пятьдесят… Они потеряли двадцать лет своей жизни… Могли бы потерять всю оставшуюся жизнь тоже…
Но она решилась позвонить ему тогда…
Всего одна минута смелости…
***
Поздним вечером Оксана вернулась домой… Коробки всё ещё стояли вдоль стен новой квартиры… Но теперь они уже не казались такими тяжёлыми и чужими…
Она нашла старую записную книжку и открыла первую страницу… Там были семь цифр — написанные её рукой много лет назад…
Двадцать лет он оставался с тем же номером телефона… И двадцать лет она молчала… А потом вдруг позвонила…
На губах появилась лёгкая улыбка…
В кармане пальто лежала та самая бархатная коробочка со следами времени по краям… Кольцо она пока так и не надела — ещё слишком рано для этого шага… Но взяла его с собой… И Тарас ничего против этого не имел…
Завтра она займётся распаковкой вещей: расставит книги по полкам, развесит шторы на окнах и начнёт обживать эту квартиру как свой дом…
А через неделю отправится к нему снова: посмотрит внимательно за тем, как он работает руками; прикоснётся к дереву под пальцами мастера; выпьет чай вместе с ним у него на веранде под вечерним небом Украины…
И может быть однажды наденет это кольцо себе на палец…
Не сегодня.
Не завтра.
Но когда-нибудь обязательно наденет.
Потому что теперь страха больше нет внутри неё.
