— Благодарю за комплимент, тётя Алина, — с хищной улыбкой произнесла Дарына. — А вы, смотрю, снова округлились? Или это просто пуховик такой… внушительный?
Алина побледнела. Игорь прыснул в кулак от смеха, но тут же получил локтем под рёбра от жены.
— Так, достаточно! — я хлопнула в ладони, чтобы привлечь внимание. — Богдан вернётся через час. А пока — прошу всех на кухню. Чай, кофе и немного о правилах совместного проживания.
Мы расселись за столом. Раиса сразу же начала осматривать помещение: её взгляд метался по полкам в поисках пыли или дорогих продуктов — повод либо упрекнуть в неаккуратности, либо обвинить в растрате.
— Сахара нормального нет? Один этот тростниковый песок? — с брезгливым выражением она отодвинула сахарницу. — Деньги девать некуда? Лучше бы матери помогли. У меня пенсия, между прочим, не бесконечная.
— Мамочка, ну что ты начинаешь… — протянула Алина, откусывая печенье. — У Оксаны ведь зарплата небольшая. Она там у себя в цирке со змеями возится, а не миллионы гребёт.
— Я не издеваюсь над змеями, Алина, — спокойно сказала я и налила себе воды. — Я с ними договариваюсь. Поверь мне: это куда сложнее общения с людьми. У змей хотя бы есть достоинство.
— Ой ну хватит уже! — махнул рукой Игорь. — Змеи да крысы… Женщине положено заниматься нормальной работой! В офисе там сидеть с бумагами… А ты небось вся зверинцем пропахла!
Это был первый тревожный звонок. Первое серьёзное пересечение границы дозволенного.
— Игорь… — я слегка улыбнулась уголками губ; глаза мои оставались ледяными. — От меня пахнет французскими духами. А вот твои слова отдают дешёвой завистью и несбывшимися мечтами. Как там твой бизнес по перепродаже китайских чехлов? Всё ещё «на стадии развития»?
Игорь залился краской и открыл рот для очередной грубости… но тут раздался щелчок замка.
Богдан появился на кухне спустя минуту: высокий, плечистый, в форме и с тем спокойным выражением лица человека, который умеет управлять многотонной машиной посреди городского потока в час пик. Он оглядел собравшихся за столом и задержал взгляд на чемоданах в коридоре — тех самых, через которые он уже явно переступил при входе; его брови сошлись на переносице.
— Приветствую всех присутствующих… — голос его звучал ровно и спокойно, но под этой гладью слышалась сталь. — Что за сборище? Праздник какой-то? Или Игорь наконец долг за прошлый год привёз?
Игорь поперхнулся чаем.
— Богданчик! Сынок мой дорогой! — Раиса бросилась к нему с объятиями наперевес. — Мы к вам приехали! У Алины ремонт идёт полным ходом: жить негде совсем! Рабочие хамят страшно… пыль кругом… Мы решили пожить у вас месяц-другой! Мы же семья!
Богдан мягко, но уверенно отстранил мать от себя. Затем подошёл ко мне и поцеловал в щёку; встав рядом со мной и положив руку мне на плечо – жест одновременно защитный и властный.
— Мама… — произнёс он негромко.— «Решили» бывает тогда, когда мы с Оксаной обсудили это вместе и пригласили вас сами. То же самое без согласования называется «вторжением». Мы здесь не гостиница для родственников без предупреждения.
