Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостей
Пустая жестяная банка из-под кофе лежала в руках Оксаны. Она смотрела на неё и ощущала, как внутри поднимается нечто тёмное и давно забытое — тот самый гнев, который долгие годы прятался за натянутыми улыбками. Ещё вчера банка была наполовину полной. Это был её кофе — особый сорт, который она позволяла себе исключительно по утрам, наслаждаясь каждым глотком. Теперь же на дне осталась лишь тонкая прослойка кофейной пыли.
Так всегда и происходит: сначала приглашаешь человека просто немного обогреться, а потом вдруг замечаешь, что он уже примеряет твои тапочки и расставляет мебель по-своему.
— Ой, Оксаночка, ты уже проснулась? — в кухню неспешно вошла Ярина в её махровом халате. Халат был ей велик на пару размеров, из-за чего она выглядела хрупкой и беззащитной птичкой. Птичкой с острым клювом. — А мы с Данилом уже позавтракали. Кофе у тебя просто сказка! Не то что наша растворимая бурда.
Оксана промолчала и достала из шкафчика обычный пакетированный чай. Сказать «не трогай мой кофе» не позволялось — звучало бы мелочно и мелодраматично. Всё-таки подруга… вроде как попала в трудную ситуацию. Только вот эта «трудность» затянулась уже на третий месяц без намёка на завершение.
Началось всё с того самого звонка в конце августа. Ярина рыдала так истово, что поначалу Оксана едва могла разобрать слова.
— Оксаночка, выручай! — голос детской подруги дрожал сквозь всхлипывания. — Нас не берут в садик! Говорят, нужна местная прописка! А у меня только областная! Ты же знаешь! Данилу пять лет — ему развиваться надо, к школе готовиться…
Оксана тогда сама предложила помощь — душа у неё добрая. Просторная двухкомнатная квартира в старом доме оставалась пустой: дети выросли и разъехались кто куда; муж… ну зачем о нём вспоминать? Было бы странно отказать: всего-то сходить оформить временную регистрацию через ЦНАП да подписать пару бумаг.
— Конечно, Ярин, давай оформим всё как надо, — сказала она тогда без колебаний. — Ради Данила мне не жалко.
Если бы только она знала тогда цену этому «не жалко».
Спустя неделю после получения нужной справки Ярина пришла «отметить». Принесла тортик с масляными розами — дешёвый до приторности; лепестки прилипали ко рту неприятно липким слоем. Оксана накрыла стол: нарезала хорошую сырокопчёную колбасу, открыла банку оливок, запекла курицу.
Данило оказался крепким мальчиком с быстрым взглядом; колбасу он смёл за минуту подчистую. Ярина смотрела на сына с умилением:
— Ешь-ешь, зайчик мой… Тётя Оксана добрая у нас… Не жадничает… А то дома-то одни сосиски по скидке…
Оксана тогда лишь улыбнулась: ну что ж… ребёнок растущий… Но фраза про «добрую тётю Оксану» неприятно кольнула внутри.
А спустя ещё две недели раздался ночной звонок от Ярины:
— Оксана! Это ужас какой-то! Хозяйка квартиры совсем спятила! Подняла аренду вдвое! Сказала либо платите сразу же либо выметайтесь завтра утром! Куда нам теперь?!
Конечно же Оксана ответила: «Приезжайте». Ну а куда им ещё было деваться? На вокзал?
Ярина появилась с двумя огромными чемоданами и пятью пакетами вещей — явно готовились к переезду основательно.
— Мы буквально на недельку заглянули… — щебетала она весело, распихивая вещи по углам гостиной хозяйки квартиры. — Вот получу зарплату – сразу съедем… Ты нас даже замечать не будешь!
«Не заметишь» быстро превратилось в полное захватывание пространства.
Сначала ушло ощущение покоя: Данило включал мультики на полную громкость и носился по паркетному полу в сандалиях так шумно, будто это был маленький слонёнок; Ярина беспрестанно болтала по телефону – то маме жаловалась на жизнь, то обсуждала что-то с подругами или ухажёрами…
Затем начались странности касательно еды.
Оксана привыкла жить скромно но со вкусом: лучше немного качественного сыра чем килограмм дешёвого аналога; холодильник всегда содержался в порядке – молочные продукты наверху; овощи – снизу; мясо аккуратно заморожено порциями…
С приездом гостей порядок исчез полностью: полки заполнились кастрюлями с серыми макаронами сваренными чуть ли не ведрами – Ярина варила их как для армии; сверху всё это заливалось майонезом перед тем как попасть Данилу на тарелку…
— Слушай… у тебя вроде сыр оставался? – невзначай бросала вечером Ярина. – Я бутербродик сделала для Данила… Он так просил… Ты ведь не против?
Оксана действительно ничего не говорила первый раз… И второй тоже промолчала… Но когда обнаружила пропажу любимого творожного десерта (тот самый который берегла специально к пятничному вечеру), терпение начало трещать:
— Это твоё было?! – округлила глаза Ярина искренне удивлённо. – А я подумала – для Данила оставлено… Он ведь сладкое обожает… А я сейчас вообще ничего купить ему не могу – денег нет совсем… Ну ты же понимаешь…
И Оксана понимала… Понимание это толкало её снова идти за покупками…
Теперь каждый поход в магазин обходился ей почти втрое дороже прежнего: приходилось закупаться уже не только для себя одной – а «на всех».
