— Теперь всё ясно, — произнёс он после того, как выслушал сбивчивый рассказ Оксаны. — Классическая история. «Пустите лисичку на лавочку, а потом и хвостик под лавочку». У них временная регистрация?
— Да, сроком на год.
— Это уже кое-что. Значит, права собственности у них нет — только временное проживание. Но наглости у дамы хоть отбавляй. Три миллиона? Не скромничает.
Он постучал пальцами по столешнице.
— Есть два пути. Первый — долгий и изматывающий: суд, признание утраты права проживания, выселение с участием судебных приставов. Полтора года нервов и постоянного соседства. Они вам в суп плюют, вы им соль в чай подсыпаете… романтика.
Оксану передёрнуло от этой картины.
— Второй путь — быстрый, но жёсткий. На грани дозволенного. Мы выставляем квартиру на продажу.
— Как это «продаём»? — испуганно переспросила Оксана. — Я не собираюсь её продавать! Я десять лет вкладывала душу в этот дом!
— Спокойно. Продажа будет фиктивной или просто угрозой продажи. У меня есть знакомое агентство — они специализируются на сложных объектах: квартиры с жильцами, долгами или странными прописками. Ребята там работают… внушительные. Приходят на осмотр как будущие владельцы и ведут себя соответственно: дают понять вашей «подруге», что здесь скоро будет общежитие для рабочих или репетиционная база для рокеров.
— А если она не испугается?
— Поверьте мне, Оксана Сергеевна, они умеют создать нужную атмосферу без угроз и насилия. Просто своим присутствием: ходят по квартире в обуви, громко обсуждают установку двухъярусных кроватей, едят руками из кастрюли… Обычно одного визита хватает.
Оксана колебалась: всё это казалось ей жестоким и нечестным. Но перед глазами всплыла ухмылка Ярины: «Ты нас не выгонишь». Пустой холодильник… чужой храп в её гостиной…
— Сколько это обойдётся? — спросила она наконец.
— Мои услуги обойдутся вам в пятьдесят тысяч гривен плюс тридцать ребятам за их «представление». В сумме восемьдесят тысяч — считайте это платой за урок жилищного законодательства.
Оксана кивнула в знак согласия.
В субботу утром Ярина с Данилом ещё валялись в постели (было уже одиннадцать), когда раздался настойчивый звонок в дверь — долгий и раздражающий.
Оксана пошла открывать дверь. Ярина лениво выглянула из комнаты:
— Кто там приперся ни свет ни заря?
На пороге стояли трое: двое мужчин габаритами напоминали шкафы-купе и женщина с сухим лицом без намёка на улыбку.
— Добрый день, мы осмотреть квартиру пришли, — буркнул один из мужчин и без церемоний прошёл внутрь прямо в ботинках, оставляя грязные следы на паркете.
— Что значит «осмотреть»? — Ярина выскочила в коридор в ночной рубашке. — Кто вы такие? Оксано! Это кто?!
— Покупатели квартиры, — спокойно ответила Оксана стараясь держать голос ровным. — Я продаю жильё вместе с проживающими здесь людьми.
Женщина-покупатель прошла на кухню, заглянула в холодильник и брезгливо сморщилась:
— Кухня маловата… Ничего страшного: уберём перегородку да поставим нары… человек двенадцать разместится без проблем.
— Какие ещё нары?! — взвизгнула Ярина. — Здесь же ребёнок живёт!
Второй мужчина с зубочисткой во рту заглянул туда, где сидел перепуганный Данило:
— Мальчишка? Не беда! Пусть бегает себе… Нам не помешает! Мы народ весёлый… любим музыку погромче включить… особенно ночью…
Он подошёл к столу и взял со стола телефон Ярины; повертел его немного и положил обратно:
— Слушай сюда… хозяйка… А скидочку сделаешь за таких вот квартирантов? Тут гражданочка явно непростая… Придётся воспитывать…
Он выразительно хрустнул пальцами рук.
Ярина побледнела; её взгляд метался между Оксаной и незваными гостями:
— Оксано! Ты что творишь?! Ты не имеешь права продать квартиру вместе с нами!
Сухопарая женщина вмешалась:
— Имеет полное право как собственник распоряжаться своей недвижимостью по своему усмотрению. А ваша регистрация всего лишь формальность… Новый владелец через суд вас выпишет за пару месяцев максимум… А пока будем жить все вместе – дружно так сказать…
Один из мужчин демонстративно сплюнул в раковину поверх немытой посуды Ярины:
— Ну что скажешь, Богдан? Берём? Квартира убитая конечно… но под общагу пойдёт…
Богдан кивнул:
— Берём! Прямо сейчас задаток внесём! Слышь ты… мадам… собирай свои вещи потихоньку! Мы сегодня вечером уже заселяемся всей бригадой! У нас ремонт начинается – пыль столбом будет стоять… сквозняки гулять будут… ребёнку тут точно делать нечего…
Ярина стояла прижав руки к груди; вся её самоуверенность исчезла без следа – как будто ветром сдуло всю браваду…
Она поняла: эти люди не станут слушать про опеку или детские права – им всё равно…
Им важно одно – освободить пространство…
— Оксано… пожалуйста… давай поговорим…
Но та была непреклонна:
— Разговор окончен – сделка почти завершена… Люди готовы платить прямо сейчас…
Ярина бросилась обратно в комнату; через минуту послышался шум чемоданов и истеричные выкрики:
«Данило! Быстро одевайся!»
