Это была высокая женщина с жёстким, уверенным взглядом и аккуратно подстриженными волосами. Она заняла столик по соседству, как они и договаривались, и стала ждать.
Роман написал Мирославу: «Мирослав, я уже в кафе, ты скоро? Заодно поужинаем». Мирослав появился минут через десять, стряхивая с плеч дождевые капли.
На нём был тот самый несчастный свитер в катышках, а сверху — поношенная куртка.
— Роман, привет, — устало улыбнулся он, опускаясь на стул напротив. — Что за срочность? Я прямо с работы. Подумал, вдруг что-то случилось.
— Да всё в порядке, Мирослав. Просто соскучился, — Роман ощутил себя последним негодяем.
Мирослав заказал чай и, как Роман и ожидал, пельмени. Пока они ужинали, Роман исподтишка наблюдал за Светланой.
Та время от времени бросала на их столик заинтересованные взгляды, оценивающе разглядывая Мирослава. Он же, увлечённый рассказом о новом проекте, ничего вокруг не замечал.
— …а этот транзистор, представляешь, даёт такие помехи, что мы целую неделю голову ломали. Оказалось, всего лишь контакт отошёл. Вот так просто.
— Представляю, — кивал Роман.
Беседа шла вяло. Роман судорожно пытался придумать, как их познакомить, но в голову приходили только нелепости вроде «ой, у меня спина зачесалась, подержи телефон, а я попрошу у той женщины соль». В итоге он просто отступил.
— Ладно, Мирослав, мне пора. Курсовую нужно дописать.
Он расплатился и выскочил из кафе, бросив виноватый взгляд в сторону Светланы. Та сидела с непроницаемым лицом и допивала давно остывший чай.
Позже Светлана прислала Роману короткое сообщение: «У вас ужасный свитер. За столом чавкаете. О науке говорите так, будто я обязана разбираться. И ко мне так и не подошли. Нерешительный… Нет, вы мне не подходите».
Оксана, узнав о неудаче, лишь отмахнулась:
— И к лучшему. Какая-то она зашоренная. Не для Мирослава.
Следующей кандидатурой стала Анастасия. Сорок пять лет, художница, свободный график. Её выбрала уже сама Оксана, решив, что Мирославу нужна не «твёрдая рука», а вдохновение.
— Он же всё время витает в своих мыслях, ему подойдёт творческая женщина, — рассуждала она, просматривая её профиль в Одноклассниках. — Посмотри, какие картины! Сплошная абстракция! Мирослав обожает абстракцию. Говорил же, что схемы напоминают абстрактную живопись.
Анастасия оказалась полной противоположностью Светлане — хрупкая, стремительная, с длинными окрашенными волосами и живым, смеющимся взглядом.
Переписываться с ней для Романа было настоящим испытанием. Она отправляла стихи, интересовалась, что Мирослав думает о природных фракталах, и предложила встретиться не где-нибудь, а в планетарии.
— Мирослав, а ты любишь планетарий? — как бы между прочим спросил Роман, заехав к нему в очередной раз.
— Планетарий? — Мирослав отвлёкся от пайки какого-то устройства. — Даже не знаю. Ни разу не бывал. А что?
— Да просто думаю сходить.
— Сходи. Говорят, там впечатляюще.
На этот раз Роман подготовился основательно. Он договорился с Анастасией, что она будет ждать у входа с синим зонтом.
Мирослав, надо признать, сменил куртку (после просьбы Романа: «Мирослав, там прохладно, надень ту с капюшоном, она приличнее») и даже аккуратно пригладил редкие волосы на затылке.
В планетарии он действительно оживился. Истории о звёздах, галактиках и чёрных дырах пробудили в нём неподдельный исследовательский азарт.
Он что-то возбуждённо шептал Роману, указывая пальцем в купол. Знакомство с Анастасией вышло почти естественным.
Роман сделал вид, будто узнал её по какому-то форуму, и представил Мирославу.
Тот, поглощённый величием космоса, ответил вежливо, но рассеянно.
Анастасия же, напротив, буквально засияла. Она стала расспрашивать о работе, о научных проектах, и Мирослав, к удивлению Романа, охотно поддержал беседу.
После сеанса они отправились пить кофе в маленькую кофейню неподалёку. Роман сидел как на иголках, наблюдая за ними.
Анастасия смотрела на Мирослава с искренним интересом, время от времени кокетливо поправляя волосы.
Мирослав, похоже, впервые за долгое время отвлёкся от работы. Рассказывая о каком-то открытии, он оживлённо жестикулировал, и глаза его светились.
— Ну что? — нетерпеливо спросила Оксана, едва Роман переступил порог. — Как она? Как он?
— Вроде всё нормально, — пожал плечами Роман. — Она про фракталы спрашивала, он объяснял. Полтора часа разговаривали.
— О! — обрадовалась Оксана. — Это уже успех!
Однако успех оказался мнимым. Через три дня Роман получил длинное сообщение от Анастасии.
Она писала, что Мирослав замечательный — умный, глубокий, интересный, но… «он не готов к отношениям и любит свою работу так, как иной мужчина не любит женщину. Мне нужны чувства, а вы… вы, кажется, даже не поняли, зачем я предложила встречу. Простите».
Роман показал сообщение Оксане. Та прочитала, тяжело вздохнула и надолго задумалась.
— Она права, — наконец произнесла Оксана. — Он дурак. Не потому, что плохой, а потому что… как в шорах. Видит только свою науку.
— Оксана, может, хватит? — устало сказал Роман. — Ну не хочет он никого. Ему и так нормально.
— Нормально? — Оксана вдруг вспыхнула. — Ты его холодильник видел?
Я на прошлой неделе зашла, он ключи мне оставил, к…
