Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостей
– Оксана, подожди! – Андрей рванул к двери, но та уже закрылась за спиной жены с тихим, почти неслышным, но окончательным щелчком.
Он замер в прихожей, глядя на пустоту там, где секунду назад стояла Оксана. В ладони осталась чашка с недопитым кофе – тем самым, что она приготовила утром. Как обычно. Андрей машинально поставил ее на полку и тяжело опустился на стул у окна, ощущая странное сжатие в груди. Неужели это происходит на самом деле? Двадцать лет вместе, двое детей, годы жизни в их уютной квартире на окраине Запорожья – и вот так?
Оксана ушла без криков и сцен, которых он, возможно, подсознательно ожидал. Она просто собрала сумку – взяла лишь самое необходимое – и сказала то, что сказала. Андрей вновь и вновь вспоминал ее взгляд: ни злости, ни упрека, только усталость и спокойная решимость. Он хотел ее остановить, но нужные слова так и не нашлись. Что он мог пообещать? Что все изменится? Что станет другим? Похоже, Оксана больше не верила подобным обещаниям.
Познакомились они еще в студенчестве. Андрей осваивал инженерное дело, Оксана училась на экономиста. Она всегда улыбалась, успевала поддержать друзей и умела навести порядок в любом хаосе. Андрей влюбился в ее живость, в способность создавать вокруг себя тепло и стабильность. Сразу после института они сыграли свадьбу, и жизнь пошла привычной дорогой: работа, рождение сына Романа, затем дочери Дарины, ипотека за квартиру, которую к этому времени почти закрыли.
Андрей трудился инженером на заводе: уходил затемно, возвращался поздно. Оксана тоже работала – бухгалтером в небольшой компании, – но при этом успевала вести хозяйство: готовить, наводить порядок, заниматься детьми. Он воспринимал это как должное. Считал, что так устроено правильно: он приносит основной доход, решает крупные вопросы вроде ремонта или покупки машины, а Оксана берет на себя все остальное. О том, сколько сил у нее на это уходит, Андрей почти не задумывался.
В последние месяцы что‑то изменилось. Оксана чаще говорила, что устала, просила подключиться к домашним делам. Андрей отмахивался: «Оксана, ты же знаешь, я выматываюсь на работе». Или обещал: «Давай в выходные, сейчас совсем нет времени». Но когда наступали выходные, он выбирал диван, телевизор или встречи с приятелями. Оксана не спорила, однако ее молчание становилось все тяжелее.
Накануне вечером напряжение прорвалось. Они сидели на кухне после ужина. Дети уже спали. Оксана поставила перед ним тарелку с его любимым яблочным пирогом с корицей.
– Андрей, нам нужно поговорить, – спокойно произнесла она, присаживаясь напротив.
– О чем? – он поднял взгляд от телефона, где листал новости.
– О нас. О том, как мы живем. Я устала, Андрей. Устала быть всем для всех и при этом не быть собой.
Андрей нахмурился.
– Что ты хочешь сказать? У нас все в порядке. Дети здоровы, работа есть, квартира своя.
– В порядке? – Оксана слабо улыбнулась. – Для тебя – возможно. Ты приходишь домой, а тут все готово: ужин на столе, рубашки выглажены, дети накормлены и уложены. Но кто делает это каждый день, годами? Я.
– Оксана, ну ты же женщина, – пожал плечами Андрей. – Это твоя сфера. Я ведь не вмешиваюсь.
– Моя сфера? – ее голос дрогнул. – А что, по‑твоему, входит в «мою сферу»? Работа, дом, дети – это общее. Но ты ведешь себя так, словно это исключительно моя обязанность.
В нем поднялось раздражение.
– Я целыми днями на заводе! Там не курорт. А ты сидишь в офисе, перекладываешь бумаги.
Оксана поднялась из-за стола, и он заметил, как слегка дрожат ее руки.
– Ты даже не представляешь, сколько на мне всего. Но хорошо. Я дам тебе возможность это почувствовать. Завтра я уеду к маме. На время. Посмотрим, как ты справишься один.
Андрей усмехнулся, решив, что это сказано сгоряча.
– Оксана, ну перестань. Куда ты поедешь? Это наш дом.
– Именно. Наш. Только я в нем чувствую себя не женой, а прислугой.
Она ушла в спальню, и разговор оборвался. Андрей был уверен, что утром она передумает. Но утром все произошло именно так, как она сказала.
Теперь он сидел в пустой квартире. Дети еще не вернулись из школы. Он огляделся: кухня сияла чистотой, в холодильнике стояли кастрюли с готовой едой – даже уходя, Оксана все предусмотрела. В груди кольнуло чувство вины, но он поспешил его отогнать. «Вернется, – убеждал себя Андрей. – Куда она денется?»
Телефон зазвонил. Это был Роман, пятнадцатилетний сын.
– Пап, я после школы к другу, хорошо? – спросил он.
– А мама в курсе? – по привычке уточнил Андрей.
– Мама? Она же на работе. Ладно, пока!
Связь прервалась. Обычно именно Оксана звонила детям, напоминала о времени, контролировала, поели ли они. Теперь этим должен заниматься он? Андрей покачал головой. Нет, вечером она точно вернется.
Но наступил вечер, а Оксана не появилась. Дети пришли голодные, и Дарина, двенадцатилетняя дочь, первым делом заглянула в холодильник.
– Пап, что у нас на ужин? – спросила она.
– Там… мама оставила, – кивнул Андрей в сторону кастрюль.
Они поужинали почти молча. Дети не задавали вопросов о матери – вероятно, решили, что она задержалась. Андрей ничего объяснять не стал. Дарина ушла за уроки, Роман устроился за компьютером. Он включил телевизор, но мысли снова и снова возвращались к Оксане. Наконец Андрей набрал ее номер.
– Оксана, ну хватит, – произнес он, когда она ответила. – Возвращайся. Дети ждут.
– Андрей, я не шучу, – спокойно сказала она. – Я у мамы. Поживу здесь какое-то время. А ты попробуй сам.
В трубке повисла пауза, и он уже собирался спросить, что именно она имеет в виду.
