– Сам что? – с раздражением переспросил он.
– Сам попробуй всё делать. Увидимся через неделю.
Связь оборвалась. Андрей уставился на экран телефона. Неделя? Без неё? Как это вообще возможно?
Следующее утро обернулось сплошной неразберихой. Обычно Оксана поднималась раньше всех и уже хлопотала на кухне, но теперь будильник вырвал Андрея из сна, и вставать пришлось самому. Яичница подгорела, кофе получился горьким. Дети молча ковырялись в тарелках, Дарина недовольно морщилась.
– Пап, а где мама? – наконец спросила она.
– У бабушки, – коротко ответил Андрей. – На несколько дней.
– А зачем? – Роман оторвался от еды.
– Взрослые вопросы, – отмахнулся он. – Собирайтесь, а то опоздаете.
Когда дети ушли, он оглядел кухню: раковина полна посуды, на столе крошки. Обычно Оксана наводила порядок мгновенно. Тяжело вздохнув, Андрей взялся за губку. Мокрые тарелки выскальзывали из непривычных рук. «Ничего, – успокоил он себя, – это временно».
На работе всё шло своим чередом: шутки коллег, похвала начальства за отчёт. Но по дороге домой его накрыла странная пустота. Дети ждали его, однако без Оксаны дом словно потерял тепло.
– Пап, мы голодные, – встретила его Дарина.
Он заглянул в холодильник: припасы, которые оставила Оксана, почти закончились. Пришлось импровизировать. Макароны и поджаренные сосиски вышли вполне съедобными, но той особой нотки, что всегда появлялась в её блюдах, не хватало.
Вечером позвонила тёща.
– Андрей, что ты наделал? – строго спросила она.
– Ничего! Это она ушла, – вспыхнул он.
– Потому что устала от твоего безразличия, – жёстко ответила женщина. – Все эти годы дом держался на ней, а ты даже благодарности не проявил.
Он замолчал. Неужели правда? В памяти всплыли вечера, когда Оксана встречала его с работы, выглаженные рубашки, организованные праздники. Он воспринимал это как должное.
– Она вернётся? – тихо произнёс он.
– Посмотрим, как ты себя покажешь, – ответила тёща и завершила разговор.
Ночью сон не шёл. В пустой постели Андрей слушал тишину. Без Оксаны дом казался ледяным, несмотря на батареи.
Неделя тянулась тяжело. Он кое-как справлялся: готовил простое, запускал стирку, пытался поддерживать порядок. Дети старались помогать, но всё валилось из рук. Роман забыл о школьном проекте, Дарина порвала колготки – зашить было некому. Андрей всё яснее понимал, сколько незаметных мелочей держала на себе Оксана.
Он звонил ей ежедневно.
– Оксана, возвращайся, – просил он. – Нам без тебя тяжело.
– А тебе? – спокойно спрашивала она. – Тебе тяжело или просто неудобно?
Он задумывался. Да, неудобно. Но дело было не только в этом. Ему не хватало её улыбки, голоса, вечерних объятий.
К концу недели он собрался ехать к тёще. Но в этот момент раздался звонок в дверь. На пороге стояла Оксана с небольшой сумкой.
– Оксана! – Андрей шагнул к ней.
– Подожди, – остановила она. – Я пришла поговорить.
Они устроились на кухне. Оксана огляделась: посуда вымыта, но не до блеска, на столе остались крошки.
– Вижу, ты стараешься, – с лёгкой улыбкой сказала она.
– Я не справляюсь, – честно признался Андрей. – Без тебя всё иначе. Я понял, сколько ты делала. Прости, что не ценил.
Она долго смотрела на него.
– Понимание – это хорошо. Но слова ничего не стоят без поступков.
– Я изменюсь, – пообещал он. – Буду действительно помогать.
Оксана кивнула, однако в её взгляде читалось сомнение.
– Посмотрим, Андрей. Я останусь. Но если всё останется по‑старому…
Она не договорила, но он понял: это последний шанс.
Дети радовались возвращению мамы. Вечер прошёл тепло, почти как прежде. Однако Андрей осознавал: теперь всё зависит от него.
Спустя пару дней привычный ритм снова дал о себе знать. Он задержался на работе и вернулся уставшим.
– Оксана, разогрей ужин, – бросил он, опускаясь на стул.
Она замерла.
– Разогрей сам, – тихо ответила она. – Я не прислуга.
Он осёкся, поднялся и подошёл к плите. Но внутри закипало раздражение. Неужели теперь так будет всегда?
Дни шли. Андрей пытался помогать, однако делал это без особого желания. Старые привычки брали своё. Оксана замечала это.
Однажды вечером она сказала:
– Андрей, нам нужно расстаться. На этот раз всерьёз.
Он побледнел.
– Почему? Я же стараюсь!
– Стараешься, но не меняешься, – грустно произнесла она. – Ты по‑прежнему видишь во мне только хозяйку.
Он хотел возразить, но слов не нашлось. А вдруг она права?
Оксана собрала вещи. Теперь сумок было больше.
– Прощай, Андрей. Теперь попробуй жить без меня по‑настоящему.
Дверь закрылась. Он остался один – с детьми, домом и тяжёлым осознанием утраты.
Но это оказалось лишь началом. Впереди ждали испытания, которые покажут, на что он способен без неё…
Прошло три дня с тех пор, как Оксана ушла окончательно — без обещаний вернуться через неделю и без заботливо заполненного холодильника.
По утрам Андрей просыпался в давящей тишине. Будильник звонил в семь, как обычно, но теперь никто не выключал его заранее и не ставил рядом чашку кофе. Он сам поднимался, включал свет на кухне и смотрел на пустой стол, где раньше лежали аккуратно приготовленные бутерброды для детей.
Роман и Дарина притихли. Они не задавали прямых вопросов, но их взгляды говорили сами за себя. Андрей повторял: «Мама скоро вернётся», — хотя уверенности в этом почти не осталось.
В первый же понедельник он опоздал на работу. Не потому что проспал — просто не сумел отыскать чистую рубашку. Те, что висели в шкафу, оказались мятыми, и ему предстояло впервые самостоятельно разбираться с утюгом.
