Первые дни после отъезда Марьяны прошли спокойно. Оксанка присылала снимки из торговых центров.
«Представляешь, тут сапоги за семь тысяч! У нас в Виннице такие же по двенадцать. Купила сразу две пары».
Марьяна читала сообщения и ничего не отвечала. На обновки деньги находятся. А вот на оплату жилья — почему-то нет.
На пятые сутки позвонила соседка снизу — Нина, ей восемьдесят два, а слух острый, как у ночной птицы.
— Марьяна, у вас там что, ремонт начался? Стучат без перерыва.
— Там сейчас живут родственники, Нина.
— Так передайте им, что вокруг люди. Вчера до полуночи музыку включали, я уже «Скорую» собиралась вызывать — думала, давление подскочило.
Марьяна набрала Оксанку.
— Соседи жалуются, что шумно.
— Да какой шум, Марьяна! Иван всего лишь барную стойку немного подвинул, ему так удобнее работать. А музыку мы еле слышно ставим, для фона.
— Внизу пожилая женщина, ей восемьдесят два.
— Ладно-ладно, учтём.
Богдан слушал разговор и мрачнел.
— Подвинул стойку? Я её на восемь анкеров закреплял. Если она сдвинута, значит, либо выкрутили крепления, либо просто вырвали.
К десятому дню командировка должна была завершиться. Марьяна ожидала хотя бы звонка с благодарностью и разговора об оплате.
Звонок действительно раздался. Но совсем по другому поводу.
— Ой, Марьяна, представляешь, Ивану продлили ещё на неделю! — защебетала Оксанка. — Мы бы задержались чуть-чуть, хорошо?
— Оксанка, у меня на эти даты уже есть бронь.
— Снова бронь? Мы же родня! Ивану сейчас нельзя переезжать, у него все бумаги разложены, отчёты готовит. Ты хочешь, чтобы его уволили?
Марьяна опять уступила. Написала гостям, вернула им деньги, ещё и компенсацию выплатила.
— Потом всё подсчитаем, — тихо сказала она Богдану.
— Это когда — потом? Они уже три недели тут.
— Когда съедут.
Богдан долго смотрел на неё, но спорить не стал.
На пятнадцатый день Оксанка позвонила с новой просьбой. Голос у неё был заговорщический, почти шёпот.
— Марьяна, тут такая ситуация… Ивану на работе командировочные возмещают по документам. Можешь выдать нам справку, что мы у тебя снимали жильё за деньги? Ну, вроде договора аренды.
— Какую ещё справку?
— Ну, будто мы заплатили тебе, скажем, сто тысяч за месяц. Иван отчитается, ему всё компенсируют. А мы тебе процентов десять отдадим. Все довольны!
Марьяна не сразу осмыслила услышанное.
— Подожди. Вы хотите, чтобы я указала, что получила сто тысяч… которых на самом деле не было?
— Ну да! Что здесь такого? Все так делают. Ивану на работе сами подсказали.
Внутри у Марьяны будто щёлкнул выключатель.
— Оксанка, это подлог. Мошенничество. Сто пятьдесят девятая статья.
— Да брось ты, какие громкие слова! Это всего лишь бумажка, никто ничего проверять не станет.
— Нет.
— В смысле — нет?
— В прямом. Я в этом участвовать не буду.
— Ну Марьяна! Тебе же ничего не стоит. Мы же семья!
— Именно поэтому. И, к слову, за проживание вы мне до сих пор не заплатили ни копейки.
— Так мы и заплатим!
