Екатерине было двадцать девять, и она занимала должность менеджера в торговой фирме. Поездки по работе случались у неё без конца: то три дня в одном месте, то ещё несколько — в другом. Я воспринимал это спокойно. Работа есть работа.
Мы расписались пять лет назад. Уже тогда она регулярно разъезжала по регионам, встречалась с заказчиками. Чаще всего уезжала в понедельник, а возвращалась ближе к четвергу.
Я трудился удалённо, с гибким графиком. Екатерину такое положение дел полностью устраивало — удобно и без лишних сложностей.
Домашние заботы в основном были на мне: готовка, уборка, оплата коммунальных счетов. Свою часть расходов она исправно покрывала. Жили мирно, без лишнего шума.
Командировки повторялись каждый месяц, без сбоев. Екатерина отправлялась с чемоданом, возвращалась вымотанной и рассказывала о сложных переговорах.
Делилась подробностями: называла города, описывала клиентов, упоминала гостиницы. Всё звучало правдоподобно. Поводов сомневаться не возникало.
О детях мы задумывались, но она просила повременить. Говорила, что устала, что постоянные разъезды не дают передышки. Я не настаивал — ждал.
Во время поездок звонила нечасто. Объясняла занятостью или плохой связью. Я принимал это без вопросов. Иногда привозила мелкие сувениры — магниты, ручки с логотипами компаний.
Фотографий из поездок в соцсетях почти не появлялось. «Некогда», — говорила она. Я верил. Наши родители жили далеко — и её, и мои. Мы существовали отдельно, никто в нашу жизнь не вмешивался. Всё было спокойно.
Я любил её и полностью доверял. Мыслей об измене даже не возникало. Зачем? Всё ведь шло ровно, без конфликтов и скандалов.
В конце февраля мама сломала ногу. Позвонила сама — нужна была помощь: операция, больница, она одна.
Я собрался за пару часов. Екатерина как раз находилась в очередной поездке. Написал ей, что уезжаю к матери примерно на неделю. Она ответила коротко: «Держись, солнышко».
Три дня я провёл в больнице рядом с мамой. На четвёртый ей стало заметно легче. Врачи сказали, что через пару суток смогут выписать.
Вечером сидел в её квартире, без сил листал телефон. Екатерина должна была вернуться днём, но за весь день от неё не было ни слова.
Я написал: «Ты дома?»
Ответ пришёл лишь через час: «Прости, задержалась. Клиент перенёс встречу. Буду завтра вечером».
Я насторожился. Она молчала весь день, а теперь вдруг сообщает о задержке. Обычно предупреждала заранее.
Набрал её номер. Вызов сбросили. Почти сразу пришло сообщение: «Совещание. Потом наберу».
Звонка я так и не дождался. В ту ночь сон ко мне не пришёл.
