«Спокойно. Только спокойно. Не сейчас».
Но пальцы всё равно подрагивали. Оксана поставила кефир на полку и вдруг услышала, как упаковка с яйцами выскользнула из рук и глухо ударилась о пол. К счастью, ни одно не треснуло.
Она подняла коробку, убрала её в холодильник и захлопнула дверцу. Затем опёрлась о столешницу, стиснув её край так сильно, что костяшки побелели.
«Он ведь был дома весь день. Весь. День».
Оксана перевела взгляд на раковину — там возвышалась гора грязной посуды. Потом на плиту, покрытую пятнами. На пол, который давно пора подмести.
И впереди ещё ужин. Потому что есть хочется всем.
Она сжала руки в кулаки и направилась в комнату. Прямо к дивану.
Потянулась к пледу, собираясь сдёрнуть его и разбудить Богдана. Но не успела.
Половица под ногой предательски скрипнула.
Богдан вздрогнул, приподнялся на локте и, щурясь, посмотрел на Оксану.
— Ты чего шумишь? — голос сонный, раздражённый. — Я отдыхаю.
— Шумлю? — тихо переспросила она.
— Ну да. Топаешь, как слон. — Он зевнул и потянулся. — Можно потише? Я устал.
Оксана застыла, не веря услышанному.
— Устал, — медленно повторила она. — Ты устал.
— Да, — Богдан нахмурился. — Дай мне доспать. Или ты специально пришла меня разбудить?
— Я должна тебе не мешать отдыхать?! — её голос сорвался. — А от чего ты устал? От лежания на диване?!
Богдан сел, окончательно проснувшись, и уставился на неё.
— Ты чего кричишь?
— Я кричу? — Оксана рассмеялась, и в этом смехе звенела истерика. — Я только что с работы! Весь день на ногах! Потом ещё в магазин забежала! Лифт, между прочим, не работает! На четвёртый этаж с тяжёлыми пакетами! А ты — ты спишь! И ещё требуешь тишины!
— Хватит истерить, — Богдан поднялся. — Я не виноват, что лифт сломался.
— Конечно, не виноват! — Оксана прошла на кухню и указала на раковину. — А это кто должен мыть? Я? После смены?
— Я помою, — пробурчал он.
— Когда? Завтра? Через неделю? Или никогда? — она резко обернулась. — Богдан, ты целый день дома! Целый! Чем ты занимался?
— Я работаю над проектом! — рявкнул он. — Думаешь, просто открыть своё дело?
— Своё дело? — внутри у неё будто что‑то надломилось. — Какое дело, Богдан? Ты уволился четыре месяца назад! Четыре! И что за это время сделано? Что?
— Я всё продумываю! Ищу направление! Анализирую рынок! — он шагнул ближе, лицо налилось краской. — Ты вообще понимаешь, как это устроено? Нельзя же просто так взять и запустить бизнес!
— А работать можно? Обычную работу найти? Как это делают нормальные люди?
— Я не собираюсь пахать на дядю! — заорал Богдан. — Получать гроши! Ждать, когда уволят! Прогибаться перед начальством! Я хочу своё! Понимаешь?
— Понимаю! — Оксана шагнула к нему, глаза её горели. — Понимаю только одно: ты не приносишь в дом ни копейки! Ни копейки! Всё держится на мне! Квартира, продукты, счета — всё!
