«Екатерина, дорогая. Мы же семья. Надо делиться» — с улыбкой произнесла свекровь, игнорируя гневное недовольство невестки, которая пыталась отстоять своё право на личное пространство

Неужели тепло семейного уюта может обернуться холодом непонимания?

Я пыталась уложить сына на дневной отдых. Для него это обязательно: если не поспит днём, к вечеру становится раздражительным. Но при таком гаме о сне можно было забыть.

— Наталья, можно немного тише? — обратилась я. — Ребёнок засыпает.

— Днём? — искренне удивилась она. — Что за выдумки? Пусть лучше на улице побегает, воздух полезнее всякого сна.

— Ему всего пять. Ему необходим режим.

— Вот потому дети и растут хилыми, — поучительным тоном произнесла свекровь. — Всё по часам, по расписанию. Раньше воспитывали без этих правил — и ничего, крепкими выросли.

Тарас вернулся с улицы и, не снимая грязных ботинок, прошёл прямо по полу. Я только накануне всё вымыла — на светлом линолеуме сразу отпечатались чёрные следы.

— Тарас, разуйтесь, пожалуйста, — сказала я.

— А, точно, прости, — отмахнулся он. — Забыл.

Однако обувь так и осталась на нём. Он направился на кухню, распахнул холодильник, достал сок, открыл упаковку на месте. Часть пролилась на пол — и он даже не попытался вытереть.

Я молча убрала лужицу.

Дарина позвала всех к столу — суп был готов. Она разлила его по тарелкам, поставила хлеб, своё сало, зелень.

— Ешьте, пока не остыло, — распорядилась она.

Мои дети сидели тихо. Гороховый суп они не любят. Обычно я варю им лапшу или лёгкий картофельный суп.

— София, поешь, — тихо попросила я дочь. — Хотя бы немного.

— Мам, я не хочу, — прошептала она.

Дарина услышала.

— Это как — не хочет? Суп замечательный! Я три часа у плиты стояла!

— Она не ест гороховый, — спокойно пояснила я.

— Значит, приучай! — вспыхнула Дарина. — Разбаловали девочку. Что подали — то и ешь. Это вам не ресторан!

Я поднялась из-за стола и взяла детей за руки.

— Пойдёмте, сварю вам макароны.

— Сидеть! — прикрикнула Наталья. — Куда собрались? Дарина старалась! Будете есть суп!

Дочь вздрогнула, её ладонь в моей руке стала холодной.

— Наталья, не повышайте голос на моих детей, — твёрдо сказала я.

— Я не кричу, я воспитываю!

Богдан отложил ложку и посмотрел на мать.

— Мам, не нужно.

— Что значит — не нужно? Ты молчишь, а жена тобой командует! Дети распущены! Я, между прочим, бабушка и имею право сказать своё слово!

После обеда Дарина принялась раскладывать вещи по комнатам, а Наталья отправилась осматривать спальни. Она зашла в комнату Софии.

— Эта мне подойдёт, — заявила она. — Кровать просторная. Дадите чистое бельё?

— Это комната Софии, — ответила я. — Моей дочери.

— И что? На пару дней можно и потесниться. Пусть переберётся на диван.

Дочь стояла в дверях, глядя на нас широко раскрытыми испуганными глазами.

— София будет спать у себя, — повторила я.

— Ну и принцесса растёт! — Дарина подошла ближе. — Раньше детей учили уступать старшим, делиться. А теперь один сплошной эгоизм!

Я молча вывела дочь из комнаты и прикрыла дверь.

— Мам, они меня выгонят? — едва слышно спросила она.

— Нет. Никто тебя не выгонит.

Я направилась к Богдану. Он сидел на крыльце, уткнувшись в телефон.

— Богдан, твоя мама собирается выселить Софию из её комнаты.

— Екатерина, это всего на два дня, — он убрал телефон. — София может потерпеть.

— Нет. Это её пространство. Она живёт здесь каждые выходные. Это её место.

— Маме неудобно спать на диване.

— Тогда пусть возвращаются домой. Или снимут номер в гостинице в посёлке.

Он посмотрел на меня так, будто я сказала что-то нелепое.

— Какая гостиница? Это же семья. Моя мать.

— Та самая, что приехала без предупреждения, заняла наш холодильник, выгоняет детей из комнат и распоряжается на моей кухне.

Наталья вышла на крыльцо и опустилась рядом с сыном.

— Богданчик, видишь, что творится? Твоя жена раздувает скандал. Из-за комнаты для избалованной девочки, из-за холодильника. Какая мелочность.

— Мама, Екатерина просто устала, — неуверенно произнёс он.

— От чего ей уставать? Мы всё привезли с собой, готовим сами, убирать будем. Она могла бы целый день отдыхать. А вместо благодарности — одно недовольство.

Я развернулась и вошла в дом. Достала сумку и начала собирать вещи — свои, детские, Богдана.

Дети смотрели настороженно.

— Мам, мы уезжаем? — спросила София.

— Да. Собирайте игрушки.

Они поспешно уложили рюкзаки. Я сложила одежду, документы, взяла сумку-холодильник с продуктами из кладовой.

Вышла во двор и стала укладывать всё в машину. Богдан появился следом.

Продолжение статьи

Антон Клубер/ автор статьи

Антон уже более десяти лет успешно занимает должность главного редактора сайта, демонстрируя высокий профессионализм в журналистике. Его обширные знания в области психологии, отношений и саморазвития органично переплетаются с интересом к эзотерике и киноискусству.

Какхакер