— Ты что делаешь?
— Собираюсь. Мы уезжаем.
— Куда?
— Домой. В город. Или переберёмся в гостиницу у реки. Пока не решила.
Наталья и Дарина выбежали на крыльцо.
— Екатерина, ты что цирк устроила? — крикнула Дарина.
— Никакого цирка. Просто освобождаю дачу. Вы хотели отдыхать здесь — отдыхайте. Я не мешаю.
— В каком смысле отдыхайте? — опешила свекровь. — А ты сама куда?
— Я же сказала: уезжаем. Останетесь здесь одни. Все комнаты в вашем распоряжении. Холодильник, кухня — пользуйтесь на здоровье.
Я усадила детей в машину. Они притихли. Богдан стоял у калитки.
— Екатерина, не горячись. Давай останемся и всё спокойно обсудим.
— Обсуждать нечего. Я не намерена чувствовать себя гостьей в собственном доме.
Я заняла место за рулём, повернула ключ зажигания. Наталья подбежала к окну.
— Куда ты детей везёшь? В такую жару? Через пробки? Это же безответственно!
— Это моя зона ответственности, — ответила я ровно.
— Богдан! Останови её! — сорвалась на крик мать.
Он переводил взгляд с меня на неё, словно не знал, чью сторону выбрать. Стоял между нами.
Я медленно тронулась и подъехала к воротам. Богдан распахнул их, задержал на мне взгляд.
— Екатерина…
— Решай сейчас, — сказала я. — Либо едешь с нами, либо остаёшься с ними.
Он помедлил, оглянулся на мать. Та ждала, скрестив руки на груди. Через секунду он обошёл машину и сел рядом со мной.
— Поехали, — тихо произнёс он.
Я выехала за ворота. В зеркале заднего вида увидела, как Наталья бежит следом, что‑то выкрикивая. Дарина застыла на крыльце, а Тарас смотрел на всё с растерянным видом.
Дорогу мы провели в молчании. Дети на заднем сиденье не произнесли ни слова. Спустя примерно двадцать минут у Богдана зазвонил телефон — мать.
Он не ответил. Звонок повторился ещё несколько раз. Затем пришло сообщение. Он прочитал вслух:
«Включите воду и свет! Мы тут без удобств! Это возмутительно!»
Я усмехнулась. Перед тем как уехать, я обесточила дом на щитке, перекрыла воду и забрала ключи от сарая, где стоял генератор.
— Пусть немного посидят и подумают, — спокойно сказала я.
Богдан посмотрел на меня иначе — с уважением.
— Ты серьёзно всё это сделала?
— Более чем.
Мы остановились в гостинице у реки. Взяли номер на два дня с видом на воду. Дети оживились, сразу побежали купаться.
Вечером Наталья названивала ещё не меньше десяти раз. Требовала, чтобы мы вернулись и включили электричество — у них, видите ли, продукты в холодильнике портятся.
Я не отвечала. Богдан тоже.
Утром следующего дня он сам набрал мать.
— Мама, мы приедем завтра вечером. К этому моменту вас там быть не должно.
Даже через трубку было слышно её возмущение — обвинения, крики, истерика.
В воскресенье вечером мы вернулись на дачу. Родственники уже уехали. Дом встретил нас беспорядком: гора немытой посуды, остатки еды на столе, переполненное ведро.
Зато холодильник оказался пустым. Они забрали всё — даже то, что не доели.
На столе лежала записка от Натальи:
«Вы бессердечные эгоисты. Больше к вам ни ногой. Богдан, я тебя родила и вырастила. А ты выбрал эту…» Дальше следовали оскорбления в мой адрес.
Я смяла листок и отправила его в мусор. Включила воду, подала электричество и принялась за уборку.
Богдан без лишних слов помогал. Дети играли во дворе — спокойно, без чужих ребят, которые раньше их толкали и задирали.
К вечеру в доме снова стало чисто. Я поставила чайник, и мы устроились на крыльце с чашками чая и вареньем.
Две недели Наталья не выходила на связь. Потом позвонила Дарина — голос холодный, отстранённый.
— Мама обиделась. Говорит, первой звонить не станет.
— Дарина, передай ей: когда будет готова извиниться — приглашу на дачу. Но на моих условиях.
— Ну и упрямая же ты! — бросила она и отключилась.
Прошло три месяца. Дарина присылает злые сообщения, родственники перешёптываются за спиной. Говорят, я слишком жесткая.
Богдан иногда осторожно заводит разговор. Может, стоит позвать маму на праздник?
— Извинится — позову.
— Она искренне не понимает, за что должна просить прощения.
— Как это не понимает? Холодильник опустошила. Детей обзывала избалованными. Пусть освежит память.
Он замолкает и больше к этой теме не возвращается.
А я каждые выходные приезжаю на дачу. Раскладываю продукты по полкам холодильника. Дети спят в своих комнатах. Никто на них не кричит и не толкает.
Тишина. Мои дети счастливы.
Жалею ли я? Ни на секунду. Это моя дача. И мои дети.
Я завела второй канал — там будут истории, которых здесь не появится. Статьи и видео без рекламы.
С подпиской Дзен Про.
