Наталья наблюдала за Дариной, заглядывая в приоткрытую дверь. Она заметила, как та аккуратно свернула поношенный халат и спрятала его в чемодан. Полотенце девушка прижала к щеке так бережно, будто это была драгоценность.
Такое поведение квартирантки озадачило Наталью, но она лишь пожала плечами — сейчас её волновали куда более серьёзные вопросы.
***
Наталья взялась управлять магазином мужа и продержалась до тех пор, пока не накопила долги перед поставщиками. Вдобавок она запустила налоговые платежи. От одной мысли о том, что дело Богдана стремительно катится вниз, её начинала бить нервная дрожь.
Зря она полезла в бухгалтерию, которую раньше полностью контролировал муж.
— Как же так вышло? — ломала она голову, перебирая бумаги с нулевыми остатками на счетах и просроченными кредитами.
Совсем недавно средства были в наличии, а теперь будто растворились.
Вроде бы и траты казались несущественными: Наталья всего лишь сходила с подругами в ресторан, приобрела шубу, дорогие сапоги и сумку к ним, обновила гардероб дочери, отправила мать на отдых…
Её размышления прервал звонок. На связи была Леся, продавец из магазина.
— Наталья, что делать с товарами, у которых истёк срок годности? Шоколадные конфеты, масло, несколько видов йогуртов и сыр…
— Даже не знаю. И почему я должна решать это? — растерялась она. — Раньше вы их списывали, вот и продолжайте так же.
— А Богдан ещё не пришёл в себя? — осторожно уточнила Леся.
— Нет!
Завершив разговор, Наталья сняла очки и, закрыв глаза, с силой помассировала виски.
— Чёрт знает что… Мне от одной мысли об этом магазине дурно становится! Сплошной стресс. Неудивительно, что Богдан так разболелся. Наверное, жил как на пороховой бочке.
…Вечером Наталья зашла в комнату, где на кровати сидел муж.
Сиделка Дарина читала ему книгу, устроившись на стуле у окна.
— Дариночка, иди отдохни, — мягко сказала Наталья. — Я сама дочитаю Богдану. Хочу побыть с ним немного наедине.
— Конечно, — Дарина протянула ей книгу и тихо вышла.
Наталья достала из-под руки бухгалтерские бумаги.
— Богдан, у нас в магазине возникли трудности. Я не понимаю, как быть.
Она перечислила проблемы, и лицо мужа налилось краской.
— Т-ты… — от злости его затрясло. — Я же отложил деньги для поставщиков! Куда они делись? — прошептал он.
— Дорогой, ты даже перестал заикаться, — изумилась она. — Настоящее чудо. Давай вместе подумаем, как всё исправить. Только не нервничай, тебе нельзя волноваться!
Удивительно, но после этого разговора Богдан быстро пошёл на поправку. Сначала он передвигался по комнате, держась за кровать, затем начал ходить по дому, опираясь на стены.
А вскоре смог вернуться на работу.
Оправившись, он первым делом выставил магазин на продажу и подал на развод.
***
Перед расторжением брака Петрик договорились, что квартира, купленная Богданом, перейдёт Никите.
Богдан даже составил завещание.
Анастасия смертельно обиделась на отца, но его это мало волновало. Он попросил бывшую жену и дочь покинуть квартиру.
Наталья спорить не стала — на кону было будущее младшего сына. Как ни крути, если жильё достанется Никите, это к лучшему.
К тому же им было куда переехать: у Петрик имелась ещё одна квартира — маленькая, без ремонта, в старом доме. Она досталась Богдану по наследству от отца. Долгое время жильё сдавалось, и, к удивлению, сохранилось в приличном состоянии, хотя Богдан не раз собирался продать его и вложить деньги в магазин.
Его удерживала мысль, что квартира может понадобиться детям.
***
После вынужденного переезда Анастасия долго привыкала к новому месту. Она с презрением осматривала выцветшие обои и потёртую мебель, упрекая мать:
— Это из-за тебя мы тут оказались! Ты разорила папин бизнес! Я ни в чём не виновата, просто попалась ему под горячую руку. Даже чемоданы распаковывать не хочу — папа всё равно одумается и простит меня!
Наталья тяжело вздохнула.
Она понимала, что сама виновата в разводе с Богданом: именно она пустила по ветру семейные средства и загубила дело.
Но и дочь повела себя не лучшим образом, наговорив отцу лишнего во время его болезни.
Сколько раз Наталья просила её быть мягче, однако девочка почему-то решила, что отец навсегда останется прикованным к постели.
Анастасия вела себя резко, называла его паралитиком и брезговала даже подойти. Богдан увидел её истинное отношение.
Напрасно она рассчитывала на прощение.
Жизнь тем временем шла дальше. Наталья сделала в квартире скромный ремонт и устроилась на работу.
Анастасия окончила школу и подала документы в несколько учебных заведений, но поступила лишь в медицинское.
— Медицинское — тоже неплохо, — попыталась поддержать дочь Наталья. — Там учится наша Дарина. Ей нужно восстановиться на третий курс.
Анастасия поморщилась:
— Только не напоминай мне об этой «рохле».
Но однажды она вернулась домой мрачнее тучи.
— Мам, нам надо поговорить. Я узнавала в училище насчёт Дарины. Сказали, что такой студентки никогда у них не было.
Наталья опешила:
— Как это не было? Она два года училась, потом взяла академический отпуск. Подожди…
— Говорю же, не было её!
Наталья несколько секунд молча смотрела на дочь, затем поспешно начала обуваться.
С Никитой она виделась изредка — сын навещал их, но о Дарине ничего не упоминал.
Наталью охватило тревожное предчувствие.
Выходит, сиделка её обманула? Никакого медицинского, просто втерлась в доверие к больному Богдану.
Напрашивался один вывод: ловкая девушка присмотрела обеспеченного мужчину и крепко за него уцепилась.
Теперь понятно, почему она так старалась — то массаж, то ванна почти ежедневно.
Да, Наталья виновата перед мужем, и вина её тяжёлая. Но если бы рядом с Богданом не крутилась молодая особа, подал бы он на развод?
Накрутив себя окончательно, Наталья пришла в прежнюю квартиру, толкнула незапертую дверь и сразу столкнулась с Дариной, выходившей из кухни.
— Дарина?.. Что ты здесь делаешь? — изумилась она. — Разве ты не уволилась и не собиралась продолжить учёбу на медсестру?
Дарина смотрела на неё широко раскрытыми глазами, словно её застали на месте преступления.
— Наталья, я сейчас всё объясню. Я немного вас обманула. Я…
— Никогда не училась в медицинском? — резко перебила Наталья. — И что ты собираешься рассказывать? Как окрутила моего бывшего мужа? Признавайся, уже спишь с ним? Прикидывалась тихоней, а сама змеёй пробралась в мою семью!
