– Потому что так правильно. Но я люблю тебя. И Богдана люблю. Это никогда не изменится.
– А папу?
Оксана прикрыла глаза.
– Папа хороший. Просто нам больше нельзя жить вместе.
– Почему?
– Потому что я очень устала, Мария. До предела устала.
– От нас?
– Нет! Вы тут ни при чём. От другого. Приедешь ко мне на выходных? Я всё объясню.
– Хорошо.
Мария первой отключилась. Оксана осталась одна в пустой квартире, глядя на голые стены.
Ей казалось, что решение уйти принесёт облегчение, что станет легче дышать. Но облегчения не пришло.
Ярина появилась без звонка заранее — просто нажала на кнопку домофона.
– Ты что, совсем разум потеряла?
Оксана молча отступила, пропуская сестру внутрь.
– Проходи.
– Я не в гости. Объясни, что творится?
– Я подаю на развод.
– Это ясно. Но зачем?
Оксана внимательно посмотрела на сестру. Ярина была младше на три года, сама пять лет как в разводе, сына растила одна.
– Ярина, я думала, ты меня поймёшь.
– Что именно? Что ты уходишь от нормального мужчины и собираешься тянуть двоих детей одна?
– Ты же справляешься.
– И что с того? Думаешь, это просто? — Ярина опустилась на стул, даже куртку не сняла. — Оксана, я каждый день сомневаюсь, что поступила правильно. Каждый день.
– Подожди. Ты же говорила, что он изменял.
– Говорила. Так проще было объяснить всем.
– А в действительности?
Ярина замолчала на мгновение.
– В действительности — всё как у тебя. Не замечал, не помогал, не слышал. Я ушла. И что? Стало лучше?
– Разве нет?
– Оксана, я считаю каждую гривну. Сын видит отца пару раз в месяц и уверен, что это я разрушила семью. Мама до сих пор твердит, что я не смогла сохранить брак. Ты точно хочешь такого?
Оксана села напротив.
– Ярина, я больше не выдерживаю. Честно. Ни морально, ни физически.
– Выдержишь. Все так живут.
– И это считается нормой?
– Это жизнь.
Они смотрели друг на друга — две сестры, впервые говорящие без прикрас.
– Я не вернусь, — твёрдо произнесла Оксана. — Даже если будет трудно.
– Ошибаешься.
– Возможно. Но это моё решение.
Ярина поднялась.
– Ладно. Ты взрослая. Только потом не говори, что я не предупреждала.
Дверь за ней захлопнулась.
Первую неделю Михайло будто выжидал. Оксана понимала это по сообщениям.
«Когда вернёшься?»
«Оксана, хватит уже»
«Дети скучают»
«Мама говорит, ты просто хотела отдохнуть. Отдохнула?»
На второй неделе он стал звонить.
– Оксана, нам нужно поговорить.
– О чём?
– О нас!
– Что именно ты хочешь обсудить?
– Я готов всё изменить!
– Конкретнее?
Тишина.
– Ну… буду больше помогать.
– В чём именно?
Снова пауза.
– Михайло, ты даже не можешь сказать, что собираешься менять. Потому что не видишь проблемы.
– Я вижу! Ты устала, я понял.
– И какие действия?
– Буду давать тебе больше отдыхать.
Оксана тяжело выдохнула.
– Мне не отдых нужен. Мне нужен партнёр. Тот, кто разделит ответственность, а не великодушно позволит иногда полежать.
– Да это одно и то же!
– Нет. Совсем не одно.
На следующий день он приехал с цветами. Стоял под дверью с огромным букетом роз.
– Это тебе.
Оксана посмотрела на цветы.
– Михайло, у меня аллергия на розы.
– Да ладно, не может быть.
– Пятнадцать лет как. Ты ни разу не заметил, что я чихаю, когда ты их приносишь?
Он растерянно уставился на букет.
– Я думал, ты простываешь.
– Каждый март? Восьмого числа?
Она закрыла дверь. Не из злости — просто сил больше не было.
Богдан приехал на выходные первым — без Марии, она осталась с отцом.
– Мам, мне нужно поговорить.
– Конечно.
Они устроились на кухне. Квартира была крошечной — одна комната и кухня, зато чисто и по‑домашнему. Оксана старалась создать уют.
– Сначала я злился на тебя, — признался Богдан.
– Понимаю.
– Думал, ты просто решила всё разрушить. Что тебе надоело, и ты ушла.
– А теперь?
Богдан вертел чашку в руках.
– Папа забыл, что у меня аллергия на орехи. Купил батончик с арахисом, протянул: ешь. Я напомнил. Он удивился.
Оксана слушала молча.
– И он не знает, какой предмет мне больше всего нравится. Вчера сказал ему, что написал контрольную по физике на отлично. Он спросил: тебе разве нравится физика? Мам, я уже три года езжу на олимпиады!
– Он много работает.
– Ты тоже работаешь. Но ты помнишь.
Некоторое время они сидели в тишине.
– Я не хочу быть как папа, — тихо сказал Богдан. — Когда вырасту.
– Папа неплохой человек.
– Знаю. Но я не хочу так. Чтобы жена ушла, а я даже не понял почему.
Оксана обняла сына.
