Чужие притязания — занятная штука. Они могут годами дремать где-то в тени, но стоит тебе хоть немного продвинуться вперед, как просыпаются с хищным аппетитом и требуют пир за твой счет. Щедрость — качество, безусловно, благородное. Особенно когда главным меценатом этого праздника великодушия назначен кто-то другой.
Субботний вечер в нашей просторной квартире складывался почти безупречно. Я, Виктория, ведущий архитектор в процветающем бюро, наконец поставила точку в изнурительном проекте и позволила себе передышку, рассеянно листая каталог с интерьерами. Моя пятнадцатилетняя дочь Дарина устроилась прямо на полу в гостиной и с предельной сосредоточенностью расписывала акрилом свою джинсовую куртку. Муж, Алексей, руководящий отделом программирования, отправился в строительный гипермаркет за какими-то крайне необходимыми, по его мнению, металлическими деталями. Тишину в комнате нарушало лишь мягкое поскрипывание кисточки по ткани.
Гармония рассыпалась в тот момент, когда в прихожей щелкнул замок. Моя свекровь, Людмила, была убеждена, что понятие личных границ придумано исключительно для посторонних, а родным позволено появляться без предупреждения в любое время.
В коридоре раздались тяжёлые шаги, и вскоре в дверном проеме показалась массивная фигура. Людмила небрежно сбросила пальто на банкетку и уверенно двинулась прямиком в нашу залитую светом гостиную. В её взгляде мерцал знакомый опасный огонёк — верный признак надвигающихся масштабных финансовых инициатив, заботливо приправленных разговорами о семейных ценностях.
— О, Людмила пожаловала. А мы как раз красную дорожку в химчистку отправили, вот незадача, — невозмутимо заметила Дарина, проводя по ткани ярко-жёлтой полосой.
— Добрый вечер, Людмила. Сегодня без духового оркестра? — спокойно спросила я, откладывая журнал на столик.
— Я к родному сыну пришла, мне ваши фанфары ни к чему! — отрезала Людмила и с заметным усилием опустилась на белоснежный диван, мгновенно заняв на нём почти всё пространство. — У меня разговор к тебе, Виктория. И разговор серьёзный. Хватит в свои картинки утыкаться.
Дарина тихонько хмыкнула, но промолчала, лишь выразительно вскинув бровь. Я сцепила пальцы на коленях, показывая, что готова внимать очередной блестящей инициативе.
Людмила прочистила горло и подалась вперёд, явно собираясь начать издалека — с недавней беседы со своей сестрой, Ганна.
