Я как раз решила не скромничать и зарезервировала «Золотой Фазан».
У меня едва не выскользнула из пальцев ложечка. «Золотой Фазан» считался самым вычурным заведением в городе — там, казалось, к каждой строчке в меню прилагался пузырёк валидола.
— Великолепный выбор, Раиса, — кивнула я. — Надеюсь, вы уже начали откладывать с пенсии?
Свекровь одарила меня взглядом, каким обычно смотрят на заговорившую плесень.
— Наталья, у тебя поразительно плебейское чувство юмора. Это семейное торжество. Родные должны объединиться. Я позвала всех: Ирину из Харькова, Богдана с его новой женой, племянников… Человек сорок наберётся.
— Ничего себе, — протянула моя дочь Кристина. Четырнадцатилетняя бунтарка сидела за столом и грызла яблоко с таким хрустом, будто крушила чьи-то кости. — Ба, сорок гостей в «Фазане»? Это же по расходам как запуск небольшой ракеты. Ты клад нашла?
— Кристина, следи за языком! — вспыхнула Леся. — Бабушка достойна настоящего праздника!
— Разумеется, — поддержал Тарас, прислонившись к косяку. — Мама заслуживает торжества, которое ей по карману. Я могу оплатить цветы и такси обратно.
— Какая мелочность! — взорвалась Раиса, мгновенно переходя в наступление. — Ты мой сын! Ты обязан! Я уже внесла аванс! Пять тысяч!
— А остальное? — спокойно поинтересовалась я. — Двести? Триста?
— Ну… — Раиса неопределённо махнула рукой, словно отгоняла назойливых мух. — Остальное внесёте вы. Прямо там. Это и будет ваш подарок. Неужели для родной матери это так много?
Повисла тишина — натянутая, звенящая. Я заметила, как на скулах Тараса заходили желваки. Он терпеть не мог, когда к нему относились как к банкомату с функцией сыновней преданности.
— Нет, — произнёс он. Коротко и жёстко. Без попыток смягчить.
Раиса застыла, и по её лицу расползлись багровые пятна.
— Что значит «нет»? Я всем уже объявила! Я разослала приглашения! Пообещала людям уровень! Ты собираешься выставить меня посмешищем?
— Ты сама ставишь себя в неловкое положение, мама, распоряжаясь чужими деньгами, — Тарас подошёл к столу и налил себе воды. — Есть два варианта. Первый: отменяешь банкет, и мы спокойно празднуем дома. Второй: гуляешь в «Фазане», но оплачиваешь счёт сама. Кредит, ломбард, продажа дачи — решай как хочешь.
— Ты… ты подкаблучник! — выплюнула она, прожигая меня взглядом. — Это она тебя настраивает! Эта змея!
— Эта змея, — невозмутимо ответила я, — умеет складывать цифры. И прекрасно знает, что любовь к родне измеряется расстоянием между городами, а не количеством нулей в счёте.
— Кстати, Раиса, когда вы в прошлый раз жаловались, что вам «даже на хлеб не хватает», я встретила вас в новом пальто. Удивительная диета — питаться шерстью и мехом. Не боитесь, что моль заведётся?
— Ноги моей здесь больше не будет! — торжественно объявила свекровь. — Вы ещё пожалеете! Когда меня не станет, будете рыдать на моей могиле, но будет поздно! Пошли, Леся!
Дверь за ними хлопнула так, что задрожали стёкла.
Кристина, не прекращая жевать яблоко, задумчиво заметила, что с могилой бабушка, пожалуй, перегнула.
