Леся начала подготовку к юбилею за три месяца. Шестьдесят лет — возраст солидный, и к такой дате, по её убеждению, нужно подходить основательно: с продуманным планом, чёткой организацией и без единой ошибки. Она составляла перечни гостей, пересматривала меню, обзванивала рестораны, подтверждала бронь, отменяла её и снова набирала номер. Мария слушала бесконечные разговоры, сидя на кухне с чашкой кофе, и ощущала, как напряжение тугим узлом стягивает спину.
— Дмитрий, ты в курсе, что Леся уже четвёртый торт выбирает? — спросила она вечером, когда муж вернулся домой.
— И что в этом такого? — Дмитрий небрежно снял обувь в прихожей. — Пусть заказывает, какой ей нравится. Это её день.
— Я не о десерте, — Мария поставила перед ним тарелку с ужином. — Она изматывает всех вокруг: официантов, кондитеров… меня.
— Мария, ну потерпи немного. Для неё это правда важно.
«Потерпи». За четыре года брака это слово стало привычным фоном их жизни. Потерпи, это Леся. Потерпи, ей тяжело одной. Потерпи, она хочет как лучше. Мария терпела. Молчала, когда слышала замечания о недостаточно вымытом полу, о супе, который «не такой, как у Тамара», о том, что работа в офисе — несерьёзное занятие, в отличие от тридцати лет в школе, которыми так гордилась Леся.
Жили они в квартире Леси. Так сложилось: после свадьбы собственного жилья не было, а снимать Дмитрий посчитал лишней тратой, раз у Леси просторная трёхкомнатная в хорошем районе. «Это ненадолго, — уверял он тогда. — Пару лет, подкопим и переедем». Минуло четыре года.
— Мария, — Леся вошла на кухню с выражением человека, готового сообщить нечто значительное. — Нам нужно обсудить один момент.
Мария посмотрела на неё поверх чашки. Даже в домашнем халате Леся выглядела собранной и уверенной: аккуратная укладка, лёгкий макияж, прямая спина.
— Я вас слушаю, Леся.
— Понимаешь, я тут подумала… — Леся присела напротив. — На юбилее будут мои коллеги, подруги, люди, которые знают меня много лет.
— И?
— У меня к тебе маленькая просьба, — её голос стал мягким, почти ласковым. — Не могла бы ты на празднике называть меня мамой? Вместо имени.
Мария застыла, держа чашку в руке. Медленно опустила её на стол, чувствуя, как внутри поднимается горячая волна.
— Простите?
— Мамой, — повторила Леся, и в тоне проскользнуло раздражение. — Это же логично: ты замужем за Дмитрий. Пусть все видят, какие у нас близкие отношения.
— Почему я должна при всех называть вас мамой? — слова вырвались резче, чем Мария рассчитывала.
Леся выпрямилась, её лицо стало холодным.
— Мне не нравится твой тон.
— А мне — ваша просьба, — Мария поднялась из-за стола. — Леся, вы хоть раз вели себя так, чтобы мне хотелось назвать вас мамой? Вы постоянно меня одёргиваете, учите, как готовить, как убирать, как жить. Не раз намекали, что Дмитрий стоило бы жениться на Оксана — мол, она ему больше подходит.
— Я никогда… — начала Леся.
— Вы всегда.
