— Что?
— Справку. И анализы. Генетические.
Тишина стала тяжёлой.
Я медленно повернулась к Егору.
— Ты это слышишь?
Он смутился.
— Кать… ну… сделай. Маме будет спокойнее.
В этот момент что-то внутри меня окончательно сломалось.
Я встала.
— Вы куда? — удивилась Нина Павловна.
— Я ухожу.
— Мы ещё десерт не ели.
— Я уже сыта.
Я пошла в коридор.
Егор выбежал за мной.
— Кать, ну ты чего?
— Серьёзно?
— Мама просто переживает.
— За что?
— За будущее.
Я надела пальто.
— Нет, Егор. Она переживает за контроль.
Он вздохнул.
— Ну принеси справку. Что сложного?
Я посмотрела на него внимательно.
И вдруг поняла страшную вещь.
Он правда не понимал.
— Ты считаешь это нормальным?
— Ну… она старой закалки.
— И ты тоже.
Он обиделся.
— Ты всё драматизируешь.
Я открыла дверь.
— Нет. Я просто наконец увидела правду.
Он растерянно смотрел на меня.
— Мы же только начали жить.
— Да.
— И ты вот так уйдёшь?
Я кивнула.
— Лучше сейчас.
Он вдруг сказал тихо:
— Мама просто хотела убедиться, что ты подходишь.
Эти слова ударили сильнее всего.
— Я не кандидат на должность, Егор.
Я вышла.
Он не побежал за мной.
Через неделю я забрала свои вещи.
Мы почти не разговаривали.
Нина Павловна ходила по квартире и молчала, глядя на меня так, будто я провалила экзамен.
Егор стоял у окна.
Когда я закрывала чемодан, он сказал:
— Ты всё испортила.
Я посмотрела на него.
— Нет.
Я застегнула молнию.
— Я просто не прошла ваш конкурс.
Он горько усмехнулся.
— Ты могла бы стать частью семьи.
Я взяла чемодан.
— Нет.
Я посмотрела на него в последний раз.
— Я могла бы стать человеком рядом с тобой.
Но ты выбрал быть сыном.
Я ушла.
Дверь закрылась тихо.
