Точнее говоря, пациент переписал на неё какую‑то недвижимость. Старик скончался и, как любимой сиделке, оставил ей своеобразный «подарок»! — вмешалась золовка Кристина.
Кристина, двадцати девяти лет от роду, за всю жизнь не проработавшая ни дня, зато неизменно щеголявшая с фальшивыми сумками именитых марок, мнила себя выдающимся финансистом.
Именно на неё Александр, подстраховываясь от возможных налоговых проверок, зарегистрировал свою основную строительную компанию ООО «Атлант».
— Дарынa, ты ведь понимаешь, что в браке всё общее? — по‑деловому произнесла Кристина, насадив на вилку оливку. — Передай Александру эту свою развалюху, он хотя бы продаст её и вложит с умом. А то так и продолжишь всю жизнь трястись в автобусах.
Я слегка склонила голову, разглядывая золовку как любопытный, но довольно простой клинический пример.
— Кристина, открой на досуге Семейный кодекс Украины, статью тридцать шестую, — спокойно ответила я.
— Имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар или по наследству, признаётся его личной собственностью. При разводе разделу не подлежит. Так что «в дело» отправится разве что твой безграничный талант распоряжаться чужими средствами.
Кристина пренебрежительно хмыкнула, описав вилкой круг в воздухе.
— Ой, оставь эти законы для бедных! Я сейчас такие инвестиции провернула — вам и не представить! Александр доверил мне статус учредителя, а я свободные средства фирмы направила в крипто‑пул «Золотой век». Там по двести процентов годовых обещают! Это вам не бинты мотать. Завтра выводим первую прибыль, и я беру себе Порше.
Я неторопливо отпила воды.
— Крипто‑пул «Золотой век»? Тот самый, чей основатель позавчера был задержан в аэропорту Киев с фальшивым паспортом на имя гражданина Гондураса? — тихо уточнила я, не отводя взгляда.
Золовка застыла с приоткрытым ртом, напоминая выброшенную на берег камбалу, внезапно осознавшую, что море для неё закончилось.
