Издёвки не стихали, и всё это время по залу продолжал тянуться насмешливый шёпот. Наконец к пожилой женщине приблизился официант — совсем молодой, с мягким, участливым взглядом. Он неловко опустил глаза и почти шёпотом произнёс:
— Бабушка, извините, пожалуйста… Над вами смеются. Мне искренне неловко за их поведение.
Старушка чуть заметно улыбнулась, будто стараясь его успокоить, и тихо сказала:
— Всё в порядке, сынок. Я ни на кого не смотрю и никого не слушаю. Для меня сейчас главное — мечта.
Парень растерянно моргнул:
— Мечта? Какая именно?
Она вздохнула, и в её глазах мелькнула светлая грусть.
— Когда мой муж был жив, мы часто проходили мимо этого ресторана. Каждый раз останавливались и говорили друг другу, что однажды обязательно зайдём сюда, когда накопим денег, чтобы позволить себе ужин. Но он так и не дождался… А я сумела отложить немного, чтобы хотя бы раз в жизни переступить этот порог и посидеть здесь.
Официант застыл, словно не находя слов для ответа.
