— Я ведь хотела для тебя только хорошего! Заботилась, старалась! А ты… ты алчная! Неприятная! Мечтаешь разрушить нашу семью!
— Ирина, прекратите этот спектакль.
— Спектакль?! У меня сердце разрывается! Тарасик, у меня давление скачет!
Тарас обернулся к супруге, и в его взгляде мелькнул холод.
— Марьяна, ты обязана попросить прощения у моей матери.
— Что, прости?
— На коленях. Немедленно.
Марьяна оцепенела. Она всматривалась в лицо мужа и словно видела перед собой чужого человека. Он всерьёз требует, чтобы она унизилась — лишь за то, что отстаивает своё жильё.
— Ты сейчас серьёзно?
— Более чем. Ты оскорбила мою мать. Постоянно напоминаешь мне о своих деньгах, о своей квартире. Будто я здесь посторонний. Будто ничего для тебя не значу.
— Тарас, о чём ты вообще говоришь?
— О твоём эгоизме. Ты всегда была такой. Думаешь исключительно о себе.
Ирина тут же подхватила:
— Вот видишь, Тарасик. Я же предупреждала — она тебе не пара. Ледяная, бездушная. В голове одни гривны.
Марьяна стояла посреди комнаты и отчётливо осознавала: это конец. Три года брака. Три года иллюзий о семье. А на деле — жизнь с человеком, который воспринимал её как удобную жилплощадь. Который ставил мать выше жены. Который не признавал её границ.
Она выпрямилась и встретилась с Тарасом взглядом.
— Собирайте вещи. Оба.
Тарас растерянно моргнул.
— Что ты сказала?
— Ты и твоя мать. Забирайте своё и уходите из моей квартиры.
Ирина взвизгнула:
— Что?! Ты нас выгоняешь?!
— Да. Именно так.
— Тарасик, ты слышишь? Она нас на улицу выставляет!
Тарас шагнул вперёд, лицо его стало каменным.
— Марьяна, ты об этом пожалеешь. Я подам на раздел имущества. Половина квартиры моя.
— Нет. Я приобрела её до брака. И брачный договор у нас подписан — не забыл? Жильё остаётся мне.
— Тогда салон. Я вкладывал туда деньги.
— Когда именно? Все вложения делала я. Документы это подтверждают.
Тарас заметно побледнел. Ирина сорвалась на крик:
— Да ты чудовище! Без сердца! Как можно так обходиться с людьми?!
Марьяна без слов подошла к входной двери и распахнула её.
— Уходите. Сейчас же.
— Марьяна, не горячись, — Тарас попытался коснуться её руки, но она отступила.
— Уходите.
Ирина схватила сумку, продолжая причитать:
— Тарасик, пойдём. Не стоят они наших нервов. Найдёшь себе достойную женщину, которая будет тебя ценить.
Тарас постоял ещё мгновение, затем молча развернулся и вышел. Ирина поспешила следом.
Дверь захлопнулась. Марьяна прислонилась к стене и медленно опустилась на пол. Обняв колени, она долго смотрела в пустоту.
На следующий день Марьяна отправилась к адвокату. Пожилой мужчина в очках внимательно выслушал её и изучил бумаги.
— Всё в порядке. Квартира оформлена на вас до брака. Брачный договор полностью защищает ваше имущество. Салон также принадлежит вам, все инвестиции подтверждены документально. Муж ни на что претендовать не сможет.
— Благодарю.
— Подавайте на развод. Я подготовлю все бумаги.
Спустя неделю Тарас получил документы. Он позвонил Марьяне, в голосе слышалась растерянность.
— Марьяна, зачем так резко? Давай просто поговорим.
— Нам не о чем говорить.
— Марьяна, я осознаю, что ошибся. Мама перегнула. Но ведь всё можно наладить.
— Нет, Тарас. Нельзя.
— Почему?
— Потому что за три года ты ни разу не поддержал меня. Ни единого раза. Ты всегда выбирал мать.
— Марьяна…
— Прощай, Тарас.
Она завершила вызов и внесла его номер в чёрный список.
Ирина ещё несколько раз пыталась дозвониться, отправляла сообщения с угрозами и проклятиями. Марьяна не реагировала — удаляла их, даже не открывая.
Развод оформили через два месяца. Спокойно, без лишнего шума. Тарас забрал свои вещи и навсегда исчез из жизни Марьяны.
Прошло полгода.
Марьяна сидела на диване в своей квартире, укутавшись в любимый плед. На подоконнике красовались новые фиалки — она приобрела их на рынке, крошечные фиолетовые ростки. Каждый день ухаживала за ними, поливала, тихо разговаривала. Цветы прижились и вскоре расцвели.
Квартира вновь стала её пространством. Только её. Здесь царили тишина и покой. Никто не перекладывал вещи, не упрекал, не вторгался в душу. Марьяна дышала свободно.
Она ясно поняла: уважение невозможно выпросить или заслужить жертвами. Его либо дают сразу, либо не дают вовсе. И если человек не уважал тебя с самого начала, со временем это не изменится.
