Некоторое время дом стоял пустым, пока Владислав не взялся привести его в порядок.
Вместе с родителями они основательно перестроили здание, и в итоге вместо запущенного строения появился компактный, но тёплый и современный загородный коттедж.
Оксана подхватила ведро, вспомнив, что растениям больше подходит слегка подогретая вода. Закончив полив, она решила снова наполнить его и направилась к колодцу.
Едва её пальцы коснулись цепочки, чтобы опустить ведро, как совсем рядом прозвучал мужской голос:
— Разрешите помочь?
От неожиданности Оксана вздрогнула и чуть не выронила ведро. Она резко обернулась — и перед глазами всё закружилось. Перед ней стоял… Владислав.
— Эй, что с вами? Очнитесь! Ну и народ — сразу сознание теряют. Может, «скорую» вызвать?
Оксана медленно открыла глаза. Незнакомец склонился над ней, тревожно вглядываясь в её лицо.
— Мы с вами раньше встречались? И почему вы так похожи на Владислава?
— На Владислава? — он слегка растерялся. — Любопытно… Давайте я помогу вам подняться.
Она поднялась на ноги, машинально стряхивая пыль с брюк.
— Кто вы такой? Я вас впервые вижу. Это из-за вас Любе стало плохо?
— Из-за меня? — искренне удивился мужчина. — Я даже не был с ней знаком. Хотел всего лишь кое-что выяснить. Теперь понимаю, что пришёл по адресу.
Оксана кивнула в сторону дома:
— Заходите, а то соседи увидят — ещё кто-нибудь сознание потеряет.
— Я правда настолько похож? — он вошёл следом. — Видимо, на того человека, которого я ищу. Только не понимаю, отчего все так реагируют.
— Вы… вы почти копия моего мужа. Сына Любы. Два года назад он погиб.
Мужчина словно оцепенел.
— Погиб? Этого не может быть! А я надеялся наконец-то встретиться…
Не говоря ни слова, Оксана прошла на кухню, поставила чайник, заварила чай и расставила чашки. Они сели за стол друг напротив друга.
— Если вы сейчас всё не объясните, я, честно, не выдержу, — тихо произнесла она.
Незнакомец тяжело вздохнул:
— Я сам недавно обо всём узнал. Начал перебирать старые документы, разбираться в семейных бумагах. Думал, здесь смогу найти ответы, а теперь уже сомневаюсь. У вашей свекрови сейчас, похоже, ничего не спросишь.
— Спросим. Но позже, — твёрдо сказала Оксана.
Он кивнул и продолжил:
— Мне исполнилось двадцать семь, когда мама серьёзно заболела. Перед самой смертью она призналась, что я ей не родной. Рассказала, что двадцать семь лет назад оказалась в роддоме вместе ещё с двумя женщинами. Одна — совсем юная, ждала двойню. Другая — деревенская. И моя мама. Беременность у всех протекала тяжело, роды начались раньше срока. В итоге и у той женщины, и у моей матери появились на свет дети, но слабые. А потом к ним в палату пришла девушка, родившая двойню. Плакала, умоляла забрать малышей — говорила, что одна не справится. Отец от детей отказался, родных рядом нет. Как именно они договорились — никто не знает. Но мама и та женщина уехали домой с младенцами. А у девушки осталась справка о смерти её сыновей. Так всё и произошло. Мама запомнила только название деревни, где жила та женщина. В вашей области таких деревень три. Ваша оказалась третьей. Поэтому я здесь.
Оксана заметно побледнела.
— Значит, Люба обо всём знала?
— Этого она мне не говорила. Я не стал её тревожить. Решил сначала поговорить с местными жителями.
В комнате повисла тяжёлая тишина.
— Теперь понятно… — медленно произнесла Оксана. — Только вот что делать?
