Он ушел, не прощаясь. Просто закрыл дверь.
Я осталась одна. В квартире, которая больше не была домом.
Я прошла на кухню. Лилии в вазе источали удушливый аромат. Я схватила их и выбросила в мусоропровод, но запах, казалось, въелся в стены. На столе стояла та самая кружка с отбитым краем. Ксения оставила в ней недопитый кофе.
Я села на стул и долго смотрела в одну точку.
Телефон завибрировал. Сообщение от авиакомпании: «Приносим извинения за отмену рейса. Ваш бонусный промокод на следующую поездку…»
Я удалила сообщение.
Потом я встала и начала методично выносить в коридор всё, что не принадлежало мне или напоминало о последних двух годах. Его книги, забытую зарядку, фоторамку из спальни.
Снимок, где они в горах, я не выбросила. Я долго разглядывала его. Артем на нем выглядел… по-настоящему живым. А я? Когда я в последний раз так смеялась?
Я подошла к зеркалу в ванной. На меня смотрела женщина с потухшими глазами. Кожа казалась серой в свете люминесцентных ламп. В тридцать четыре года я выглядела на пятьдесят. Пустота, о которой говорил Артем, действительно была во мне. Но не потому, что я была «холодной». А потому, что я всю себя отдала на строительство фундамента для человека, который предпочитал жить в воздушных замках.
Я открыла шкафчик под раковиной и увидела его бритву. И розовую щетку. И маленькую заколку-невидимку, которую Ксения, видимо, обронила.
В этот момент меня накрыло.
Это не была истерика с криками. Это был тихий, удушающий плач. Я сползла по стене на кафель, обхватив колени руками.
Весь мой мир был фикцией. Карьера, которой я гордилась, была лишь способом сбежать от одиночества в браке. Дом, который я выстраивала по кирпичику, оказался декорацией для чужого романа.
Я вспомнила слова Ксении: «Мы живем здесь вместе уже несколько месяцев». Пока я выбирала плитку для заказчиков в другом городе, здесь, на этой самой кухне, они завтракали. Обсуждали планы.
Смеялись над моими звонками.
Я просидела на полу до рассвета.
Эпилог. Стеклянная пыль
Утром туман рассеялся. Город проснулся, шумный и равнодушный.
