Эпилог
София стояла на кладбище в Хмельницком. Ветер трепал её черную косынку. Рядом стояла мать Артема — женщина, которой София так боялась.
— Знаешь, — внезапно сказала пожилая женщина, глядя на могилу сына. — Артем оставил письмо. Он написал его за день до смерти.
Он завещал свой дом и счета Матвею. Написал: «Пусть у этого мальчика будет то, чего я не смог ему дать из-за своей гордости и её страха — надежное будущее».
София закрыла лицо руками. Поучительность этой истории была слишком жестокой. Она получила материальную стабильность, но потеряла душу. Она поняла, что страх — плохой советчик, а ложь «во спасение» всегда оборачивается гибелью.
Прошли годы. Матвей вырос. Он часто приезжает в Черновцы, заходит в тот самый зал ЗАГСа, где когда-то, будучи ребенком, он нечаянно разрушил карточный домик маминой неискренности. Он знает эту историю наизусть. И когда он сам решил жениться, первое, что он сказал своей невесте:
— Давай договоримся: между нами может быть боль, может быть бедность, может быть горе. Но между нами никогда не будет шепота за спиной. Потому что один маленький шорох под платьем может похоронить любовь навсегда.
София так и осталась одна. Она часто ходит в церковь и ставит свечу за упокой Артема. И каждый раз, когда она видит счастливые пары на улицах, ей хочется крикнуть им: «Берегите правду!
Она колючая, она горькая, она может ранить. Но только она дает право на настоящее счастье. Ложь — это красивая фата, которая со временем превращается в саван».
