Ольга не повышала голоса. В их доме тишина всегда была весомее крика. Она медленно сняла пальто, повесила его на плечики и лишь потом прошла на кухню.
Илья стоял у окна, рассматривая вечерние огни, и чувствовал, как в груди нарастает тугой узел.
— Чай будешь? — спросил он, не оборачиваясь. Голос прозвучал хрипло и неестественно.
— Нет, — ответила она. — Я хочу понять, Илья. Почему?
Он медленно повернулся. Ольга сидела за столом, положив руки перед собой. На её запястье тускло поблескивали часы — подарок его родителей на пятилетие свадьбы. Те самые часы, на которые она когда-то долго копила, а Валентина Сергеевна в итоге купила их «со скидкой», добавив денег Ильи, чтобы «не позориться перед родней дешевыми вещами».
— Маме было очень нужно… то есть Марине, — начал он, сбиваясь. — У неё шанс в жизни, Оль. Перевод в элитный салон, понимаешь? Там требования жесткие. Внешность — это её инструмент. Как твои таблицы и графики.
Ольга слегка наклонила голову набок.
— Внешность — инструмент. Хорошо. А мой вклад — это что? Расходный материал для тюнинга твоей сестры? Илья, я копила эти деньги три года. Я откладывала с премий, я не купила себе ту поездку в горы, о которой мечтала. Это был мой «запас прочности». На случай, если… — она запнулась.
— На какой случай? — вскинулся он, радуясь возможности перейти в атаку. — Что за «если»? Ты мне не доверяешь? Ты ждала, что я потеряю работу или мы разведемся? Мама права, ты всегда жила так, будто у тебя за пазухой спрятан запасной план. У нормальных людей в семье всё общее!
Ольга посмотрела на него так, будто видела впервые.
— «Всё общее», — повторила она. — Интересно. Когда твоя сестра в прошлом году разбила машину и ты оплатил ремонт из наших отпускных — это было общее.
Когда твоя мама решила обновить гарнитур на даче и ты «занял» ей сумму, которую она так и не вернула — это тоже было общее. Но когда мне понадобились деньги на операцию для моей матери, ты сказал: «Оль, давай подождем, сейчас не время, бюджет напряженный». И я ждала. Я нашла подработку. Я накопила сама.
Илья отвел взгляд. Он забыл про тот случай. Точнее, постарался забыть.
— Это другое… Марина обещала вернуть. Она теперь будет много зарабатывать.
— Она не вернет, — спокойно отрезала Ольга. — И ты это знаешь. И твоя мать это знает. Она просто развела тебя на слабо, Илья. Снова. «Ты не хозяин в доме», «ты не мужик» — я же знаю её репертуар.
— Хватит! — он грохнул чашкой по столу. — Ты вечно всё усложняешь. Это просто деньги. Мы заработаем еще. А Марина — родная кровь. Я не мог ей отказать, когда мать так просила.
