Субботнее утро в квартире Ткачук текло тихо и неторопливо.
Зоряна хлопотала у плиты, бережно разливая только что сваренный кофе по белым чашкам с тонкой золотой каймой — своему любимому сервизу.
Из тостера выскочили румяные ломтики хлеба, и Ярослав, лениво потянувшись после сна, щедро покрыл их сливочным маслом, которое сразу начало плавиться и медленно пропитывать горячую поверхность.
— Слушай, может, выберемся сегодня в парк? — предложила Зоряна, разламывая круассан и обмакивая кусочек в кофе. — Такая погода — жалко проводить день в четырёх стенах.
— А можем заехать на рынок, — отозвался Ярослав, слегка повернувшись к жене, ещё не до конца проснувшись. — Ты же собиралась купить рассаду для балкона.
За окном щебетали воробьи, где-то поблизости монотонно работала газонокосилка, а солнечный свет мягкими полосами ложился на кухонный стол.
Ничто не нарушало ощущения обычного, размеренного выходного. Но вдруг лежавший на столе планшет ожил — раздался сигнал входящего видеозвонка.
На экране появилось фото Екатерины, сестры Ярослава.
