— Тарас, ты сейчас сам объяснишь мне, что здесь происходит, или мне сразу набрать полицию? — Оксана замерла в прихожей, даже не расстегнув пальто, и медленно перевела взгляд с чужих чемоданов на приоткрытую дверь гостиной.
Чемоданов было два: один — тёмно-синий, на колёсиках, второй — старый, бордовый, с затёртой ручкой. Рядом приткнулась спортивная сумка с торчащим ремнём, а на банкетке уже красовался пакет из магазина — внутри виднелись тапочки, зубная щётка и несколько баночек с кремом. Всё это выглядело не как «заглянули на вечер», а как полноценный переезд. Не пробный визит — а попытка обосноваться всерьёз.
Из комнаты доносились голоса. Женский — уверенный, с лёгкой резкостью и знакомыми интонациями, от которых у Оксаны неизменно сводило скулы. Мужской — приглушённый, будто оправдывающийся, но при этом спокойный. Слишком спокойный. Ни удивления, ни неловкости, ни спешки объясниться. Обычный тон человека, считающего происходящее естественным.
Оксана закрыла входную дверь чуть громче, чем собиралась. Замок сухо щёлкнул, и почти сразу в проёме показался Тарас.
— О, ты уже дома? — произнёс он так, словно она вернулась не в собственную квартиру, а заглянула к кому-то на огонёк.
— Похоже, вовремя, — спокойно ответила она, опуская ключи на тумбу.
Тарас вышел в коридор, потер шею и зачем-то растянул губы в улыбке.
— Не кипятись. Сейчас всё расскажу.
Однако с объяснениями он явно не спешил.
Оксана прошла вперёд и остановилась у входа в гостиную.
У распахнутого шкафа стояла его сестра Галина. В одной руке — стопка футболок, другой она застёгивала косметичку. На диване уже лежали её джинсы, свитер, зарядка для телефона, пакет с домашними вещами. Галина подняла голову, встретилась с Оксаной взглядом — и не смутилась. Лишь чуть вздёрнула подбородок, словно заранее приготовилась к спору и решила не сдавать позиций.
— Привет, — бросила она. — Мы думали, ты позже вернёшься.
Оксана промолчала. Её взгляд задержался не на Галине, а на полках шкафа. Там, где утром лежали её пледы и коробка с сезонной одеждой, теперь зияла пустота. Коробки не было. Пледов тоже.
— Я временно убрал их на лоджию, — быстро вставил Тарас, уловив направление её взгляда. — Там сухо, ничего не случится.
Она медленно повернулась к нему.
— Ты вынес мои вещи на лоджию?
— Ну… ненадолго. Не нужно делать трагедию из мелочи.
Это «не нужно делать трагедию» звучало у него всегда одинаково. Как будто границы нарушал не он, а она утомляла его тем, что вообще их замечала.
Оксана спокойно сняла пальто, аккуратно повесила его и снова вошла в комнату. Внутри не кипело — наоборот, всё сжалось в холодный плотный узел. Когда человек злится — он может наговорить лишнего. Когда же гнев сменяется ясностью, становится по-настоящему опасно.
Тарас заговорил быстрее:
— У Галины сложная ситуация. Максимум на пару недель, ну месяц. Ей сейчас реально негде жить. Я же не мог оставить сестру без крыши над головой.
— Без крыши? — переспросила Оксана.
— Ну… образно.
— А до того, как ты привёз её сюда с чемоданами, где она жила?
Галина захлопнула ящик комода и ответила сама:
— Снимала квартиру. Хозяйка решила продавать, попросила освободить. Я, между прочим, тебе ничего плохого не сделала, Оксана. Не понимаю, откуда такой взгляд.
Теперь Оксана посмотрела на неё прямо.
— Потому что ты раскладываешь свои вещи в моей квартире, не спросив меня.
— Да перестань, будто я к тебе на шею уселась, — фыркнула Галина. — Я не посторонняя.
Тарас тут же поддержал:
— Конечно не посторонняя. Это моя родная сестра.
Оксана перевела взгляд на мужа. Несколько секунд стояла тишина. Где-то сверху соседи протащили что-то тяжёлое — потолок жалобно скрипнул, потом всё стихло.
И тогда она произнесла ровно, без крика:
— Тарас, с какого момента твоя сестра стала жить в моей добрачной квартире?
Галина застыла, не донёсши вещи до полки.
Тарас открыл рот, но слова не нашлись. Уверенность, с которой он вышел встречать жену, словно рассыпалась. В этой формулировке не осталось места его любимым расплывчатым «мы же семья» и «что тут такого». Прозвучало чётко: твоя сестра. Моя квартира. Добрачная.
— Оксан, зачем так подчёркивать? — наконец выдавил он. — Мы вообще-то женаты.
— Это не ответ.
— Я просто не хотел превращать всё в скандал.
— А я не хочу, чтобы в моё жильё заселяли людей без моего согласия.
Галина резко бросила вещи на диван.
— Если бы я знала, что меня встретят таким образом, я бы сюда вообще не поехала.
— Могла бы не ехать, — спокойно согласилась Оксана.
Та моргнула, явно не ожидая такого прямого ответа.
Тарас шагнул вперёд:
— Давайте без драм. Ничего катастрофического не произошло.
Оксана чуть наклонила голову.
— Ничего? Ты вынес мои вещи, не предупредив меня. Привёз сюда сестру с чемоданами. Она уже устраивает быт. И это, по-твоему, пустяк?
— Я собирался всё обсудить вечером.
— Ты уже обсудил. Поступком.
Галина нервно усмехнулась.
— Да что ты так держишься за эти квадратные метры? Тарас тебе муж, а не квартирант.
Оксана перевела на неё холодный взгляд.
— Ещё одно слово о «квадратных метрах», и разговор закончится очень быстро.
— Это угроза?
— Это предупреждение.
Тарас провёл ладонью по лицу. Выражение стало таким, какое появлялось перед семейными застольями, когда он понимал, что угодить всем не выйдет.
— Галя, давай ты помолчишь, — негромко сказал он.
— С какой стати? Меня тут будто судят.
— Потому что вопрос не к тебе, — отрезала Оксана. — Тебя сюда привёл Тарас. Вот с ним я и разговариваю.
Она села в кресло, даже не разувшись. Сумку поставила рядом. Это была её привычка: если разговор неприятный — сначала сесть. Стоя легче сорваться. Сидя — проще держать себя в руках.
— Итак, — продолжила она. — Ты решил поселить здесь Галину. Сам. Без звонка. Без сообщения. Без вопроса. Так?
— Я знал, что ты будешь против, — пробормотал он, глядя в сторону.
— Значит, сделал это у меня за спиной сознательно.
— У меня не было времени.
— На звонок нужно меньше минуты.
Он промолчал.
Галина раздражённо хлопнула ладонью по бедру.
— Это уже абсурд. У меня серьёзные проблемы. Или ты из тех, кому важно продемонстрировать, кто в доме хозяйка?
— Я и есть здесь хозяйка, — тихо ответила Оксана.
Воздух будто стал холоднее.
Тарас вмешался:
— Прекратите. Мы не будем мериться правами. Галина поживёт немного и найдёт вариант.
Оксана внимательно посмотрела на него.
— Вы уже решили, какую комнату освобождать?
Он замешкался. Этого было достаточно.
— Я спрашиваю: вы обсуждали, куда меня переселить?
— Я подумал, что Галине будет удобнее в большой комнате. У неё удалённая работа, ей нужен стол.
Оксана медленно выдохнула.
— В большой комнате стоит мой рабочий стол. Мои документы. Мой ноутбук. И мои вещи.
— Можно временно всё переставить…
Он осёкся. Слово «переставить» прозвучало слишком легко — будто речь шла не о чужом укладе жизни, а о табуретке.
Оксана поднялась.
— Слушайте внимательно. Галина не остаётся здесь ни на одну ночь. Ни на неделю. Ни «пока не найдём что-нибудь». Ты, Тарас, берёшь её чемоданы, вызываешь такси и отвозишь сестру туда, где собирался устроить её изначально.
