Богдан предложил обсудить детали вне офиса — спокойно, без суеты, если Оксана не возражает.
Она едва заметно вздохнула. График и так был забит до предела, а тут снова выкраивать время.
— Ладно. Где встретимся и во сколько?
— Решайте вы. Подстроюсь под любой вариант.
Такой ответ её неожиданно порадовал. Они быстро согласовали и место, и час встречи — всё получилось так, как было удобно ей. Богдан не спорил ни по одному пункту.
В ресторане разговор действительно начался с дел. Обсудили проект, перспективы, возможные риски. Но, как и в прошлый раз, сухие формальности постепенно растворились, уступив место живому общению. Богдан оставался внимательным и лёгким собеседником. Рядом с ним не возникало неловкости, а его интерес к ней не казался навязчивым.
— Оксана Олеговна…
— Можно просто Оксана, — мягко поправила она.
— Оксана, — с улыбкой повторил он. — Мне бы хотелось увидеться с вами ещё раз. У меня есть яхта. Предлагаю выбраться на небольшую прогулку вдоль берега. Уверен, вам понравится.
С той прогулки всё и началось. За морским ветром последовали гонки на картингах, верховые прогулки, ужины в уютных заведениях с кухней разных стран. Богдан умел производить впечатление: галантный, щедрый на сюрпризы, внимательный к мелочам. Он создавал ощущение, что её настроение для него действительно важно. И однажды Оксана с тревогой поймала себя на мысли, что считает дни до их следующей встречи.
Именно к этому он и стремился. Всё развивалось так, как он задумал. Она влюбилась.
Спустя три месяца после знакомства Оксана почти без подготовки сказала отцу:
— Папа, Богдан сделал мне предложение.
Тарас Александрович долго смотрел на дочь, прежде чем ответить:
— Решать тебе.
Она удивлённо подняла глаза.
— Ты не рад?
— Просто не ожидал. Но если между вами всё серьёзно…
— Думаю, я его люблю, — призналась она, смущённо улыбнувшись. — И он точно не из тех, кому нужны мои деньги. Его семья и сама весьма обеспечена.
Отец обнял её.
— Я поддержу любой твой выбор, если ты уверена, что будешь счастлива.
Однако тревога не отпускала его. Богдан производил благоприятное впечатление, но в нём было что‑то едва уловимое, отчего у Тараса внутри холодело.
— Надеюсь, он тебя достоин, — тихо добавил он.
Свадьба вышла шумной, многолюдной, полной радости. Невеста сияла — казалось, счастье переполняет её. А в маленькой квартире на окраине города тихо плакала женщина, много лет любившая её жениха.
Семейная жизнь не оказалась для Оксаны столь сложной, как она когда‑то опасалась. Они оба были заняты работой, днём практически не виделись, а вечером встречались за ужином. По выходным старались выбираться из города или просто проводить время вместе. Порой Богдан уезжал в командировки, и она скучала, даже не подозревая, что эти дни он проводит совсем не на переговорах, а в объятиях другой.
Через два года Оксана узнала, что ждёт ребёнка. Радость захлестнула её целиком. Богдан же восторга не испытывал, но искусно это скрывал. Ему так и не удалось попасть в совет директоров, на что изначально делалась ставка, а появление наследника ещё больше осложняло его расчёты.
Чтобы «разобраться в делах», он вновь отправился якобы по работе — на целую неделю. София всегда ждала этих поездок с нетерпением. Она жила в другом конце города, в тихом спальном районе, куда никто из родственников Богдана не заглядывал. Поэтому они спокойно могли выйти вместе в супермаркет через дорогу. Именно эта беспечность однажды обернулась для него серьёзными последствиями.
Тарас Александрович направлялся на встречу с новыми инвесторами. Он сидел на заднем сиденье, за рулём находился его личный водитель Назар, работавший с ним уже не первый год.
— Жаль, зятя не взять с собой, — заметил Тарас. — В финансовых вопросах он соображает отлично. Оксану сейчас на такие переговоры не беру — ей нужен покой.
Назар удивился:
— А разве Богдан не может поехать?
— Он в командировке. Вернётся только через несколько дней.
Тарас отвернулся к окну.
— Весна в этом году странная. То мороз, то лужи, то солнце.
Назар немного помедлил, затем осторожно произнёс:
— Какая там командировка… Вчера заправлялся на дальней заправке — бензин там получше. А вечером видел Богдана в западном микрорайоне. Он был с женщиной. Хотел подойти поздороваться, но задержался на кассе. Когда вышел, они уже зашли в подъезд соседнего дома.
— Вот как… — тихо откликнулся Тарас.
Мысли неприятно заскребли внутри. Он пытался их отогнать, но безуспешно.
— Сможешь показать мне этот дом?
Получив адрес, Тарас принял решение. Уже на следующий день частный детектив положил перед ним детальный отчёт, а поверх — фотографии Богдана и Софии.
Когда зять «вернулся из командировки», Тарас приехал к нему прямо в офис.
— У тебя двое суток, — холодно сказал он, бросив на стол пачку снимков. — Либо ты сам уходишь из жизни моей дочери, либо я расторгаю контракт с твоим отцом и рассказываю всё и ему, и Оксане.
Не дожидаясь ответа, он вышел, не заметив, каким яростным блеском сверкнули глаза Богдана.
— Поехали домой, — велел он Назару. — И аккуратнее на дороге. Подморозило.
Через три дня Оксане сообщили страшную новость: её отец погиб на трассе. Грузовик вынесло на встречную полосу, столкновение оказалось неизбежным. Удар был такой силы, что шансов не осталось ни у кого. Водитель второй машины тоже не выжил. В тот день Назар был на выходном.
Потрясение оказалось слишком сильным — Оксана потеряла ребёнка. Это окончательно сломало её. Днями она лежала на диване, отвернувшись к стене. Иногда поднималась, словно во сне подходила к окну, долго смотрела во двор и возвращалась обратно.
— Оксаночка, так нельзя, — уговаривал её Богдан, старательно изображая заботу. — Нужно показаться врачу. Он поможет. Твой отец не хотел бы видеть тебя такой.
Она почти не сопротивлялась. Богдан отвёз её в клинику к своему давнему знакомому, психотерапевту Игорю. Но прежде он заехал к нему один.
— Игорь, заплачу любую сумму, — сказал Богдан. — Мне нужно, чтобы Оксана как можно дольше оставалась в тяжёлом состоянии. Пусть это выглядит естественно. А лучше… чтобы всё закончилось окончательно.
Игорь посмотрел на него без удивления.
— Не делай вид, будто это впервые, — продолжил Богдан. — И помни, у меня тоже есть на тебя кое-что.
Врач усмехнулся.
— Именно поэтому ты и пришёл. Мы связаны одной цепью. Но и мне нужны деньги. Я изрядно потратился на новую пассию, да и жена начинает что-то подозревать. Сделаем так: назначу твоей супруге такие препараты и дозировки, что её состояние будет медленно ухудшаться. Всё будет выглядеть как затяжная депрессия с осложнениями. Не быстро — примерно за полгода. Зато ни у кого не возникнет ни малейших сомнений.
