Он помолчал, словно собираясь с духом.
— Он признался… — Олег запнулся и провёл ладонью по столу. — Сказал, что всю жизнь раздавал приказы и требовал безоговорочного подчинения. А теперь живёт один и понимает, что так и не научился слышать тех, кто рядом.
Я не перебивала, давая ему договорить.
— Я не хочу однажды проснуться в пустой квартире в пятьдесят лет, — тихо продолжил он. — И не хочу, чтобы ты в какой‑то момент просто ушла, потому что устала терпеть.
— Тогда что ты собираешься делать? — спросила я спокойно.
Он машинально потёр переносицу — верный признак того, что волнуется.
— Работай столько, сколько нужно. Лети в Грузию. Носи ту стрижку, которая тебе нравится. Я… постараюсь это принять.
— Постараешься? — уточнила я.
— Я не обещаю мгновенных чудес. Меня с детства учили, что мужчина — главный, а жена обязана подстраиваться. Такие установки не исчезают за один день. Но я действительно хочу измениться.
Я кивнула. По крайней мере, это звучало честно.
Мы допили чай, и в комнате повисла тишина. За окном уже сгущались сумерки, зажглись фонари. Олег разглядывал свои ладони, будто искал в них правильные слова.
— Слушай… — наконец произнёс он. — А если я тоже запишусь на йогу? Вместе с тобой?
Я усмехнулась.
— Разве ты не называл это бессмысленной ерундой?
— Называл. А потом провёл две недели на диване у мамы и обнаружил, что у меня спина ноет. Вдруг твоя йога творит чудеса?
— Всё возможно.
Он поднял взгляд:
— Оксана, я правда хочу стать другим. Лучше, чем был.
Я подошла к окну. Внизу молодая пара выгуливала собаку, они смеялись, о чём‑то оживлённо спорили. Обычная, спокойная жизнь — без ультиматумов и демонстративных отъездов к матери.
— Хорошо, — сказала я. — Попробуем.
Он осторожно обнял меня со спины, словно опасался резкого движения.
— И короткая стрижка тебе очень идёт. Просто мне понадобилось время, чтобы привыкнуть.
— Привыкнешь.
— Обязательно, — согласился он после паузы. — А в Грузию… можно поехать вместе?
Я обернулась, удивлённая:
— Ты серьёзно?
— Абсолютно. Я ни разу не был за границей. Может, пора расширить горизонты?
Я задумалась. Эта поездка казалась мне личным достижением, маленькой победой. Но если мы собираемся строить что‑то общее, возможно, стоит учиться и путешествовать вместе.
— Хорошо. Но маршрут выбираю я.
— Договорились.
Мы стояли у окна, обнявшись. Его одеколон пах знакомо и почти успокаивающе. Квартира притихла, город постепенно погружался в ночь. Вроде всё по‑старому — и в то же время иначе. Будто что‑то важное сдвинулось внутри нас.
— Знаешь, о чём я ещё думал? — негромко произнёс он.
— О чём же?
— Может, нам действительно пора подумать о детях? Не потому что так хочет мама, а потому что этого захотим мы.
Раньше этот разговор пугал меня: я представляла, как он настаивает, чтобы я бросила работу и растворилась в быту. Но сейчас прозвучало иначе — «мы захотим».
— Давай сначала съездим в Грузию, — ответила я. — Проверим, как нам удаётся быть командой вне дома.
Он рассмеялся:
— Испытание на прочность?
— Что‑то в этом духе.
Он поцеловал меня в макушку.
— Ладно. Сначала путешествие. А дальше — посмотрим.
Уже на следующий день мы вместе отправились в туристическое агентство. Консультант раскладывала перед нами карты, рассказывала о маршрутах, гостиницах, экскурсиях. Олег внимательно слушал, уточнял детали, интересовался перелётами.
Я наблюдала за ним и думала: возможно, люди и правда способны меняться. Иногда достаточно оказаться на грани потери, чтобы понять ценность того, что имеешь.
— Берём этот вариант, — он указал на схему. — Тбилиси, Казбеги, Батуми. Десять дней.
— Вам оформить номер на двоих? — поинтересовалась менеджер.
Олег вопросительно посмотрел на меня. Я улыбнулась:
— На двоих. Только с раздельными кроватями. На всякий случай.
Он рассмеялся:
— Жёсткие условия.
— А ты рассчитывал на послабления?
