Марина несколько секунд смотрела на него молча, будто ждала, что он сам услышит, насколько жалко прозвучал этот ответ.
— Артём, — произнесла она ровно, — я не собираюсь подыгрывать твоим выдумкам и делать вид, будто они имеют хоть какое-то отношение к действительности. Это мой дом. Я живу здесь не потому, что кто-то великодушно разрешил мне остаться.
— Ты сейчас выставляешь всё так, будто я всё это время тобой пользовался!
— А разве было иначе?
Он сделал шаг назад. На лице мелькнуло знакомое выражение — то самое, которое она уже успела заметить сегодня: человек пойман, ему неприятно, но злится он не на себя, а на того, кто это увидел.
— То есть вот что ты обо мне думаешь.
— Я думаю, — медленно сказала Марина, тщательно подбирая слова, — что нам обоим нужна пауза. Не рядом. Отдельно. Чтобы понять, что между нами вообще осталось. Потому что сегодня я увидела слишком многое, и мне нужно разобраться с этим без криков, без оправданий, без спектакля. Просто в тишине.
— Ты хочешь разойтись.
— Я хочу остановиться.
— Это одно и то же.
Возможно, он был прав.
Артём уехал в тот же вечер. Заказал такси, быстро сложил вещи в два пакета — если честно, большего у него здесь почти и не было. Тамара Викторовна собирала чемодан без единого слова, с таким лицом, словно уже мысленно готовила фразы, которые произнесёт позже, когда найдёт подходящих слушателей.
Перед уходом она задержалась на пороге. Долго смотрела на Марину — пристально, без улыбки, без прежнего превосходства. Марина выдержала этот взгляд.
— Ты крепкая, — наконец сказала свекровь. Не с уважением и не с теплом. Просто как факт.
— Да, — спокойно ответила Марина.
Замок щёлкнул. В квартире стало тихо.
Марина вернулась на кухню. Вымыла обе чашки, вытерла стол, поставила свою — белую, с тонкой золотистой каёмкой — обратно на полку. Потом заварила чай и перенесла горшок с базиликом на подоконник. Растение выглядело пересохшим и обиженным, но погибшим ещё не было. Его вполне можно было выходить.
Через три недели Артём подал на развод.
И сразу заявил раздел имущества.
Разбирательство растянулось на несколько месяцев. Судя по поведению Артёма, он на что-то рассчитывал: возможно, что Марина испугается шума, начнёт нервничать, уступит или предложит деньги, лишь бы всё закончилось тихо. Он ошибся. Он вообще плохо представлял, с кем прожил эти годы. Впрочем, как оказалось, это незнание было взаимным.
Документы на дом, банковские выписки, подтверждения платежей, регистрация автомобиля — всё это Ольга разложила по папкам так аккуратно и последовательно, что общая картина стала предельно ясной. Противной стороне хватило здравого смысла не превращать процесс в бесконечную войну.
На одном из заседаний Марина увидела Артёма в коридоре суда. Он сидел на скамье, уткнувшись в телефон, и делал вид, что занят чем-то крайне важным. На самом деле он просто не хотел поднимать глаза.
Марина прошла мимо.
Он всё-таки поднял голову.
Их взгляды встретились на секунду, может быть, на две. Этого оказалось достаточно. Потом Марина пошла дальше, а всё остальное сделали юристы.
Она выиграла.
После последнего заседания Марина ещё некоторое время сидела в коридоре суда и пыталась понять, что должна чувствовать. Наверное, облегчение. Может быть, радость. Или хотя бы спокойное удовлетворение от справедливого финала. Но внутри были только усталость и лёгкий голод: с утра она успела выпить один кофе и больше ничего.
На улице стоял февральский день. Солнце висело низко, светило холодно, но в этом свете уже чувствовалось обещание перемен. Не немедленных. Не сегодня. Но они точно должны были прийти.
Минуло ещё несколько месяцев.
Марина сменила шторы в гостиной — вовсе не потому, что Тамара Викторовна когда-то оказалась права, а потому, что ей самой вдруг захотелось больше воздуха и света. Базилик ожил, расправил листья и теперь стоял на подоконнике зелёный, упрямый, почти сердитый. На работе запустили новый объект — торговый центр в соседнем городе. Переговоры тянулись долго, зато итог получился именно таким, каким Марина его и планировала.
Об Артёме она узнала случайно. Общий знакомый сообщил новость с той особой интонацией, с какой люди приносят не столько информацию, сколько маленькое развлечение.
Артём вернулся в свой родной город. Живёт с матерью. Работает. По слухам, подыскивает «правильную» женщину для серьёзных отношений. Говорит, что прошлый брак был ошибкой, а ему нужна такая, которая умеет ценить.
Марина выслушала это без лишних вопросов. Кивнула. Поблагодарила.
Улыбнулась она уже потом, когда разговор закончился.
Улыбнулась — и вернулась к делам.
А базилик на подоконнике пах густо, свежо и спокойно.
