— Нет, мамочка, я правда уже пойду, — Ольга мягко улыбнулась и шагнула к прихожей.
— Может, всё-таки передумаешь и останешься? — с надеждой спросила мать.
Ольга лишь покачала головой.
— Ну что ты одна дома будешь делать? — мама недовольно поджала губы.
— Да ничего особенного. Вернусь, налью себе чаю и лягу спать, — Ольга пожала плечами. — Мам, ты ведь прекрасно знаешь: я не люблю отмечать этот праздник. Объясни мне, пожалуйста, в чём великий смысл сидеть до полуночи, потом объедаться всем подряд, а после, если хватит сил, тащиться на улицу смотреть салюты?
— Ну как же, доченька… Новый год всё-таки…
— Пойми, мне физически тяжело, когда я не сплю до утра. Потом весь режим летит кувырком.
Мама вдруг притихла, а затем произнесла совсем другим голосом:
— Мне иногда кажется, что это я во всём виновата.
Ольга удивлённо посмотрела на неё.
— Ты? Мам, при чём тут ты? Просто у меня организм такой.
— Ты одна, Оля. Тебе уже тридцать пять, а ты даже не стараешься кого-то найти, — голос матери дрогнул.
Ольга заметила, как у мамы заблестели глаза. Та тут же отвернулась, будто хотела спрятать слёзы.
— Почему же не стараюсь? — Ольга вздохнула. — Я не закрыта от отношений. Просто пока ни с кем не получается ничего настоящего.
— А вот если бы я тогда не настояла, чтобы ты рассталась с Максимом, вы, может, давно были бы женаты и счастливы! — выпалила мать с болью.
Ольга не удержалась и рассмеялась.
— Ой, мам, наш разрыв с Максимом точно не твоя вина. Я тебе уже сто раз это говорила.
— Не верю я тебе.
— Напрасно, — Ольга снова пожала плечами. — Это чистая правда. И сомневаюсь, что мы с ним жили бы долго и счастливо. За эти… почти двенадцать лет Максим успел трижды жениться и трижды развестись. И детей у него уже пятеро!
Она облизнула пересохшие губы и внимательно посмотрела на мать.
— Мам… Подожди. Ты ведь не просто так зовёшь меня к своим подругам? Ты решила меня с кем-то познакомить?
Мать заметно занервничала, и Ольга сразу поняла: именно такой план у неё и был.
— Мамуль, я тогда точно пойду, — сказала она, стараясь говорить спокойно.
Ольга прекрасно знала: если сейчас начать расспрашивать, разговор затянется надолго. А там мама начнёт уговаривать, давить на жалость, подключит свои доводы — и ещё неизвестно, чем всё закончится. Вдруг она действительно останется? А потом окажется за одним столом с каким-нибудь мужчиной, которого мать вместе с подругами заранее выбрали ей в женихи.
— Он тебе очень подходит, — попыталась напоследок сказать мама.
Но Ольга уже приняла решение. Она быстро накинула пуховик, сунула ноги в зимние кроссовки, подхватила рюкзак и вышла из квартиры.
Вечером Ольга долго бродила по городским улицам. Народу было мало. Те редкие прохожие, что попадались ей навстречу, куда-то торопились, кутаясь в шарфы и воротники. С неба тихо сыпался снег. Фонарики зажгли ещё днём, и теперь в их мягком свете всё вокруг казалось немного нереальным, почти сказочным.
Так уж вышло: сам Новый год Ольга любила. Ей нравились огни, снег, витрины, это странное чувство ожидания чего-то доброго. Но вот праздновать — сидеть за столом, улыбаться через силу, слушать тосты и делать вид, будто ей весело, — она не хотела совсем. И дело было не в одиночестве. По крайней мере, она привыкла так себе говорить. Хотя кого она пыталась обмануть?
