Сухой металлический хруст ключа в личинке замка ударил по нервам сильнее любого будильника. Следом с грохотом распахнулась входная дверь, и по всему первому этажу разнесся звонкий, бодрый голос свекрови:
— Это кто у нас тут дрыхнет посреди бела дня? Солнце уже давно встало, скоро обедать пора! Дмитрий, Мария, поднимайтесь! Недаром говорят: кто раньше встает…
Мария с усилием приоткрыла веки. Глаза щипало от недосыпа, голова была тяжелой, будто ее набили ватой. На электронных часах возле кровати безжалостно светились красные цифры: 08:05. Суббота. Единственное утро за неделю, когда ей не нужно было вскакивать по сигналу будильника.
Рядом зашевелился муж. Дмитрий проснулся почти мгновенно, бодро откинул одеяло и начал натягивать домашние брюки. На его лице не промелькнуло ни капли недовольства.
— О, мама с папой приехали, — весело сообщил он, будто это была прекрасная новость. — Маш, ну давай, вставай потихоньку. Чайник поставь, на стол что-нибудь придумай.
Мария лежала неподвижно и смотрела в потолок. Внутри медленно поднималось тупое, вязкое раздражение, смешанное с бессилием. Ее выходной снова забрали без спроса, без предупреждения и без малейшего чувства вины.
Этот дом за городом она когда-то представляла себе совсем иначе. Для Марии он должен был стать укрытием, тихим местом, куда можно сбежать после бесконечных совещаний, дедлайнов и чужих проблем. Она руководила отделом в крупной компании, вела сложные проекты и, если говорить честно, именно ее заработок позволил им с Дмитрием взять ипотеку на уютный коттедж рядом с лесом. Муж тоже получал стабильно, вполне прилично, но основная финансовая нагрузка все равно лежала на ней. Мария не упрекала его и не считала это трагедией.
Ее выводило из себя другое: родители Дмитрия, Елена Викторовна и Олег Павлович, совершенно не признавали чужих границ.
Год назад они купили маленькую дачу в соседнем поселке. С того момента дом Марии и Дмитрия постепенно превратился для них в бесплатный пункт отдыха, столовую и место, куда можно явиться в любое время суток без приглашения.
Поначалу все выглядело почти невинно. Свекры заезжали «по дороге на строительный рынок» ранним утром, будто между делом.
— Мы тут мимо проезжали, решили заглянуть! — бодро объявляла Елена Викторовна и сразу проходила на кухню так уверенно, словно жила здесь сама. — А вы что, еще не вставали? Уже девятый час! Нечего залеживаться. Мария, у вас же творог был? Сделай быстренько сырники, Олег Павлович с дороги проголодался.
Мария, давясь зевотой и злостью, шла к плите. Дмитрий тем временем усаживал родителей за стол, наливал себе кофе и, сияя гостеприимством, неторопливо беседовал с ними о новостях, погоде и соседях. А его жена металась между холодильником, мойкой и сковородой, стараясь не сорваться.
Но если наглость не останавливать, она быстро начинает считать себя нормой. Уже в следующую субботу Елена Викторовна с Олегом Павловичем снова появились без звонка и неприлично рано — в 08:15. На этот раз они приехали не с пустыми руками.
Мария проснулась от тяжелого хлопка багажника. Звук был таким громким, что никакой дверной звонок не понадобился. Спустившись вниз, она увидела в прихожей три огромных ведра, доверху заполненных грязными, побитыми яблоками-падалицей.
— Вот, привезли вам витамины! — торжественно сказала свекровь, снимая куртку и оглядываясь так, будто привезла редкий подарок. — У нас старая яблоня вся осыпается. Нужно срочно перебрать, вымыть и пустить на варенье, пока не пропало. Мария, давай принимайся. Я помогу! А вы, мужчины, идите на веранду, не крутитесь под ногами.
И мужчины действительно ушли. Дмитрий с отцом прекрасно устроились на террасе, пили свежий чай с мятой, обсуждали какие-то мелочи и наслаждались спокойным утром. Мария же почти час простояла у раковины, отмывая чужие яблоки и вырезая из них гнилые места.
Когда она осторожно попыталась напомнить, что после тяжелой пятницы мечтала хотя бы немного выспаться, Елена Викторовна только недовольно фыркнула и уже открыла рот для очередного поучения.
