— Вот это да! Роскошь, слов нет!
Андрей вертел перед собой крепкую коробку из плотного картона и проводил ладонью по глянцевой упаковке с такой нежностью, какой Марина уже давно не видела по отношению к себе. Она в это время стояла возле гладильной доски и тщательно разглаживала нарядную блузку, приготовленную на вечер.
— Значит, угодила, — спокойно сказала она и поставила утюг на подставку. — С юбилеем, Андрей.
— Марина, да это же именно та модель! Самый топ!
Он почти с благоговением вынул из коробки переливающийся смартфон.
— Камеры — просто пушка! Памяти сколько! Слушай, ну ты дала. Спасибо, правда!
Андрей приблизился и быстро поцеловал жену куда-то возле уха. Марина ответила слабой, уставшей улыбкой. На этот подарок она откладывала почти три месяца, отказывая себе в мелочах и урезая личные траты. Пятьдесят лет всё-таки не каждый день исполняется. Ей действительно хотелось сделать мужу приятное.
— Кстати, о сегодняшнем вечере, — напомнила она, вынимая вилку утюга из розетки. — Я вчера отправила тебе тридцать тысяч гривен на банкет. Этой суммы точно достаточно?
— Ты меня недооцениваешь!
Андрей важно расправил плечи, выпятив грудь вместе с небольшим животом.
— Я всё сам просчитал. Заведение приличное, меню согласовано заранее. Ещё и сдача останется. Отметим как следует!
— Ладно. Только давай сразу без сюрпризов. Если твоя сестра снова начнёт просить упаковать ей половину стола с собой, как на прошлый Новый год, ты остановишь это сам. У меня деньги не бесконечные.
— Да перестань ты.
Он отмахнулся, даже не подняв глаз от сияющего экрана нового телефона.
— Светлана нормальная женщина. Просто практичная, запасливая. Всё будет нормально, не накручивай. Родные же люди.
Марина ничего не ответила. Она аккуратно повесила выглаженную блузку на плечики.
Эти самые «родные люди» уже три года были для неё самой болезненной темой. Всё началось после того, как Марину назначили финансовым директором в крупном филиале. Доход у неё вырос заметно, появились солидные годовые премии, и жизнь вроде бы должна была стать легче.
Но Андрей как работал в городском архиве за скромный оклад, так и продолжал там сидеть. Его подобное положение полностью устраивало: место тихое, начальство особо не трогает, серьёзной ответственности нет, напрягаться не нужно.
Зато родственники мужа почему-то решили, что повышение Марины — это не её личное достижение, а общий семейный выигрыш. Сначала просьбы казались безобидными. То Светлане чуть-чуть не хватало на ремонт машины. То племяннику срочно понадобились деньги на платного стоматолога. То тёте Тамаре требовалось скинуться на новую теплицу.
Каждый раз суммы брались «в долг». До зарплаты. До пенсии. До ближайших поступлений. А потом эти долги как-то сами собой исчезали из памяти, будто их и не было. Андрей в такие моменты только разводил руками.
— Марина, ну это же свои, — мямлил он, пряча взгляд. — Ты чего из-за мелочи заводишься? У людей временные сложности. Семья всё-таки.
Правда, эти «временные сложности» ничуть не мешали его сестре дважды в год ездить по санаториям, регулярно покупать обновки и щеголять в дорогих сапогах. Марина сжимала зубы и пыталась поднять разговор о раздельном бюджете, но каждый раз отступала ради спокойствия в доме. Работа выматывала её до предела, и тратить единственные выходные на скандалы просто не оставалось сил. Больше всего ей хотелось тишины.
На ней держались коммунальные платежи, продукты на неделю, их совместные поездки к морю, покупка бытовой техники и почти все крупные расходы. Андрей приносил хлеб, иногда покупал молоко и неизменно оплачивал домашний интернет.
