— Кристина, речь ведь о твоём отце. Ты понимаешь? Операция серьёзная, врачи сами говорят осторожно…
— Мам, я правда всё понимаю. Но я не могу быть сразу в двух местах. Позвони мне потом, вечером, и расскажешь, как всё прошло. Хорошо?
В день операции Кристина так и не появилась. И даже не набрала, когда Сергея уже увезли за двери операционного блока.
Марина осталась в больничном коридоре одна. Сидела на жёсткой лавке, сжимала в ладонях телефон и тряслась так, будто её знобило. Она снова и снова выбирала номер дочери. В трубке тянулись длинные гудки, потом вызов просто сбрасывался.
Через какое-то время из операционной вышла медсестра и тихо предупредила, что всё продлится дольше, чем планировали. Ещё часа два, не меньше. Появились осложнения.
Марина молча кивнула. И почти сразу снова нажала на вызов.
— Абонент временно недоступен, — безжизненно произнёс автоматический голос. Уже в четвёртый раз.
Операция, к счастью, закончилась благополучно. Ближе к вечеру Сергей очнулся после наркоза и первым делом спросил, была ли Кристина.
Марина моргнула, стараясь выглядеть спокойной, и солгала: сказала, что дочь обязательно заедет в ближайшие дни, просто у неё завал на работе. А сама поехала домой переодеться. Но не успела выйти из больничного коридора, как снова позвонила Кристине.
На этот раз дочь взяла трубку.
— Мам, ну что тебе опять надо? Почему ты без конца звонишь? Если я не отвечаю, значит, занята. Это же понятно, — в её голосе звенело явное раздражение.
И тут Марина сорвалась. Всё, что копилось внутри месяцами, вырвалось разом: и операция Сергея, и пустое место за праздничным столом в его юбилей, и целый год без единого нормального визита, и то, как дочь променяла родных людей на чужие грядки и чужой дом.
— Твой отец лежал в реанимации, Кристина! А ты даже не удосужилась спросить, жив он или нет! Тебе совсем всё равно? Какая ты после этого дочь?
На другом конце несколько секунд стояла тишина.
— Я не приезжаю потому, что перед вами стараться бесполезно, — наконец произнесла Кристина холодно.
— Стараться? Перед нами? Ты вообще слышишь, что говоришь? — Марина медленно опустилась на банкетку у стены.
— Татьяна Михайловна сказала, что оформит на нас квартиру, если я буду вести себя как нормальная невестка. Хорошая невестка. Ту квартиру, которую она сейчас сдаёт. А сама потом окончательно переберётся на дачу и будет жить там.
— А мы с отцом тогда кто для тебя, Кристина?
— А что вы можете нам дать? Вашу однокомнатную квартиру в глуши? Да она почти ничего не стоит.
— Мы тебя вырастили. Выучили. Всегда были рядом, когда тебе было трудно. Разве это ничего не значит?
— Мам, только не начинай эти красивые речи. Я смотрю на вещи реально. Мне нужна нормальная квартира в городе, а не разговоры о том, как сильно вы меня любите.
— Значит, всё это время ты просто угождала свекрови ради жилья? И заодно вычеркнула нас с отцом?
