— Конечно, не будет, — самодовольно бросил Андрей, словно отмахнулся от Юлиных сомнений, как от назойливой мухи. — Я уже всё устроил. Пользуйтесь дачей. Там и парилка просторная, и мангал кованый, и ягоды сортовые прямо с кустов.
Потом он с покровительственной усмешкой кивнул в мою сторону:
— У Марии каникулы длинные, учительские. Вот и приготовит вам, и приберёт, и за порядком проследит. Пусть хоть какая-то польза будет.
За столом оживлённо переглянулись. Для гостей это выглядело подарком судьбы: лето за городом, свежий воздух, баня, шашлыки и ещё хозяйка, которая всё приготовит и уберёт.
Только одной важной подробности они не знали.
За день до юбилея я села за наш домашний ноутбук — нужно было распечатать материалы к урокам истории. Андрей, как обычно, проявил беспечность и оставил открытой переписку.
В чате с Сергеем и Дмитрием я увидела два банковских подтверждения: десять тысяч гривен от одного и семь тысяч двести гривен от другого.
Ниже Андрей написал, что деньги получил, и бодро добавил: «На всё лето дача ваша, Мария возражать не будет».
Я ничего не сказала. Просто сделала скриншоты и сохранила их у себя в телефоне.
А немного позже, когда убирала гостиную и собирала валявшуюся в углу упаковочную бумагу, нашла кассовый чек на семнадцать тысяч двести гривен. Дата стояла следующего дня после переводов.
Сумма сошлась до копейки.
Я не стала устраивать сцену заранее. Наедине Андрей тут же начал бы юлить, выкручиваться, изображать оскорблённую невинность и, разумеется, выставил бы виноватой меня.
Мне требовалось другое. Чтобы он сам, при свидетелях, подтвердил: он действительно распорядился моей дачей как своей и заранее назначил меня бесплатной прислугой для чужих людей.
Я спокойно положила вилку рядом с тарелкой.
В этот момент Андрей напоминал мелкого управляющего, который случайно забрался в кресло хозяина и принялся раздавать гостям чужие владения. Только просчитался он в одном: дача принадлежала мне, и настоящая хозяйка сидела за этим же столом.
— Какая щедрость, — произнесла я ровно, без крика и дрожи в голосе. — Только объясните, пожалуйста, дорогие гости: по какой цене мой муж продавал вам пропуска на мою личную территорию?
Шумные разговоры оборвались мгновенно.
— Какие ещё пропуска? — растерянно спросил Дмитрий и даже отложил надкушенный кусок хлеба.
— Мария, ты что несёшь? — голос Андрея сорвался, в нём отчётливо зазвенела паника. — Немедленно замолчи!
— Ну зачем же, дорогой, — я достала телефон, открыла сохранённые изображения и повернула экран к гостям. — Сергей, это ваш перевод на десять тысяч гривен.
