— «Зачем тебе мои деньги?» — написал Дмитрий, и Наталья несколько секунд смотрела на экран, не понимая, как эти слова вообще могли появиться в их переписке.
Она перечитала сообщение ещё раз. Потом в третий. Буквы были обычные, фраза — простая, но смысл никак не укладывался в голове. Наталье даже показалось, что муж просто неудачно пошутил. Может, сейчас следом придёт второе сообщение: перевод на карту, смайлик, какая-нибудь глупая приписка. Она попыталась убедить себя, что Дмитрий написал это не всерьёз — от усталости, раздражения или плохого настроения.
О командировке она узнала всего за три дня до его отъезда. Дмитрий вернулся с работы, кинул сумку у двери в прихожей, прошёл на кухню и будничным тоном сообщил, что в понедельник уезжает. Сначала — в Сумы, на объект, примерно на месяц, а может, и дольше. Потом, вероятно, их перебросят в Житомир, потому что там возникли проблемы с поставками, и разбираться придётся прямо на месте.
Наталья в тот момент чистила картошку. Она даже не посмотрела на него, только тихо переспросила:
— На целый месяц?
— Ну да, — пожал плечами Дмитрий. — И что? Я же уже ездил, не впервые.
— Не впервые, — спокойно ответила она.
Он ещё немного постоял рядом, будто ждал от неё вопросов, упрёков или хотя бы какой-то реакции. Но Наталья промолчала. Тогда Дмитрий ушёл в комнату, включил телевизор и больше к разговору не возвращался.
Из своей комнаты выглянул семилетний Кирилл.
— Мам, папа снова уедет?
— Снова, — сказала Наталья. — Но ты не переживай. Мы справимся.
— Угу, — кивнул Кирилл и тут же убежал обратно к своим машинкам.
Наталья дочистила картошку, поставила кастрюлю на плиту и подумала, что справятся, конечно. Как справлялись всегда.
В понедельник утром она собрала мужу чемодан. Сложила рубашки, носки, запасную зарядку, таблетки от головной боли — он вечно забывал самое нужное. Дмитрий стоял в коридоре и наблюдал, как она застёгивает молнию на чемодане.
— Ладно, я поехал. Если что — звони.
— Хорошо, — ответила Наталья. — И ты звони.
Он кивнул, взял чемодан и вышел. Дверь за ним закрылась. Наталья пару секунд постояла в тишине, а потом пошла варить Кириллу кашу. Утро было самым обычным. День тоже. И жизнь, казалось, оставалась прежней.
Сначала Дмитрий звонил каждый вечер. Наталья укладывала сына спать, садилась в кресло с телефоном и слушала. Муж рассказывал про гостиницу: хорошая, с бассейном и сауной. Про номер: одноместный, кровать большая, телевизор почти во всю стену. Про ресторан при отеле: кормят так вкусно и сытно, что он, кажется, уже прибавил пару килограммов. Про коллег тоже говорил с довольством — нормальные мужики, не то что в прошлой поездке.
— Представляешь, — оживлялся он, — экран такой огромный, что с кровати смотришь кино, будто в зале сидишь. Вечером лёг, фильм включил — и красота. Никто не дёргает, не шумит, мультики не требует.
Наталья слушала и не перебивала. Она не рассказывала, что дома потёк кран и сантехнику пришлось отдать восемьсот гривен. Не жаловалась, что Кирилл на площадке упал и разбил колено. Не говорила, что зарплата будет только в пятницу, до неё ещё четыре дня, а в кошельке осталось всего восемьдесят гривен. Она просто слушала, как мужу там удобно и хорошо, и даже старалась радоваться. Если ему спокойно, значит, всё нормально. Значит, поводов для тревоги нет.
Так прошла первая неделя. Потом — вторая. Дмитрий стал звонить уже не каждый день, а через день. Объяснял, что работы много, он выматывается, а по вечерам сил на разговоры почти не остаётся. Наталья не обижалась. Командировка есть командировка: дела, нервы, усталость. Она убеждала себя, что всё в порядке.
К концу второй недели Кирилл начал кашлять. Сначала чуть-чуть, потом всё сильнее. Наталья отвела его в поликлинику, врач назначил лекарства. В аптеке она оставила почти половину зарплаты. Потом оплатила садик, кружок, купила продукты. К четвергу деньги закончились совсем. В кошельке лежало шестьдесят гривен, да ещё немного мелочи нашлось в кармане куртки.
Вечером Наталья сидела за кухонным столом и считала. Аванс должны были дать только через десять дней. Десять дней — это не просто долго. Это бесконечно, когда рядом ребёнок, которому нужны еда и лекарства, а холодильник почти пустой.
Она взяла телефон и написала мужу: «Дим, привет. У меня зарплата закончилась, а до аванса ещё десять дней. Переведи, пожалуйста, немного на карту. Нужно купить продукты и кое-что по мелочи».
Отправив сообщение, Наталья положила телефон на стол и стала ждать. Ей даже в голову не пришло, что Дмитрий может отказать. Он ведь её муж. Он знает, что она осталась одна с ребёнком. Он должен понимать.
Ответ пришёл примерно через час. Наталья как раз мыла посуду, когда телефон коротко звякнул. Она вытерла руки полотенцем, взяла его — и увидела ту самую фразу, от которой внутри всё похолодело.
