А Ольга Сергеевна, поверьте, считает минуты до встречи с вами!
— Ну… если так посмотреть, — тетя Лариса заметно смутилась, но по лицу было видно: ей приятно, что ее присутствие кому-то так дорого. — Мы с Ольгой в молодые годы, знаете, не разлей вода были. Я бы, конечно, с ней посидела, поговорила… Только как я теперь до нее доеду со всем этим добром? Уже темнеет, метро я ваше не знаю, еще уеду куда-нибудь не туда.
— Даже не забивайте себе этим голову! Мы все организуем, — бодро заявила Наталья и тут же достала из кармана телефон.
Она открыла приложение такси, быстро пролистала варианты и, не задержавшись ни на экономе, ни на стандарте, уверенно выбрала самый дорогой тариф — «Бизнес».
— Готово! Через три минуты машина будет у подъезда, — сообщила она так буднично, словно каждый вечер отправляла родственников с баулами на кожаных сиденьях. Затем подхватила один из огромных пакетов так легко, будто это был маленький клатч. — Дмитрий, бери остальное. Тетя Лариса, застегивайтесь, на улице прохладно. Мы проводим вас прямо до машины.
Дмитрий стоял с таким выражением лица, будто его внезапно перенесли в чужую жизнь. Он ничего не понимал, но спорить уже не решился. Молча поднял две тяжеленные сумки, прихватил пластиковое ведро с грибами и поплелся следом. Наталья тем временем взяла тетю Ларису под руку и мягко, но очень решительно повела ее к лифту.
Возле подъезда уже стоял идеально вымытый черный седан, блестевший в вечернем свете. Водитель в темном костюме и белоснежной рубашке вышел навстречу и открыл заднюю дверь. Правда, его профессиональная невозмутимость на мгновение дала трещину, когда Дмитрий выставил на асфальт три огромных баула и десятилитровое ведро с солеными груздями.
— Прошу, тетя Лариса, устраивайтесь поудобнее, — Наталья сияла самой гостеприимной улыбкой, помогая гостье сесть на светлое кожаное сиденье. — Адрес я уже указала, поездка оплачена. Передайте Ольге Сергеевне от нас самые теплые слова. Скажите, что мы просто не нашли в себе сил отнять у нее такое счастье — ваше общество. Прекрасных вам выходных!
Машина плавно тронулась от бордюра и вскоре скрылась в киевских сумерках.
Дмитрий еще несколько секунд смотрел ей вслед, не моргая.
— Наташа… — наконец выдавил он. — Ты вообще представляешь, что сейчас начнется? Мама нас живьем съест.
— Твоя мама ближайшие дни будет слишком занята приемом дорогой гостьи, — невозмутимо ответила Наталья, уже доставая телефон. — А мы пойдем домой. Нас, между прочим, ждет сериал.
Пока лифт поднимал их на этаж, Наталья набрала сообщение свекрови — вежливое, теплое и безупречно невинное.
«Ольга Сергеевна, добрый вечер! Тетя Лариса благополучно добралась до нас, но так сильно соскучилась по вам и так хотела поговорить именно с вами, что категорически отказалась оставаться у нас. Сказала, что никакая просторная квартира не заменит ей душевных разговоров с любимой сестрой. Мы с Дмитрием не смогли поступить иначе и разлучить вас. Заказала ей такси бизнес-класса прямо до вашего подъезда, чтобы ей было удобно ехать с вещами. Будет примерно через 15–20 минут. Не волнуйтесь, все в порядке. Хороших вам выходных, наслаждайтесь общением с родными! Мы мешать не будем».
Ровно через минуту телефон Дмитрия завибрировал в кармане. Он достал его, увидел на экране имя матери и побледнел.
— Это она, — прошептал он, глядя на Наталью так, будто ждал инструкции по выживанию.
Наталья спокойно взяла у него телефон. Без раздражения, но и без малейшего колебания сбросила звонок. Потом включила режим «Не беспокоить» и вернула аппарат мужу.
— Все, Дмитрий. Выходные официально начались. Мы отдыхаем, — сказала она и открыла дверь их тихой, чистой квартиры, где пахло свежестью, а не грибным рассолом и чужими баулами.
Ольга Сергеевна оказалась ровно в той западне, которую сама так аккуратно расставляла для других. Отправить тетю Ларису обратно она не могла: та приехала в полной уверенности, что ее ждут с распростертыми объятиями. А если бы свекровь вдруг начала возмущаться, рухнул бы весь ее тщательно выстроенный образ доброй, самоотверженной и невероятно гостеприимной женщины.
Так что в итоге Ольга Сергеевна получила именно тот подарок, который так щедро пыталась вручить сыну и невестке.
Две недели она жила в своей небольшой квартире вместе с тремя баулами, постоянно спотыкалась о ведро с солеными грибами и с утра до вечера слушала бесконечные сумские новости, сплетни и воспоминания тети Ларисы. Ее британский кот Пушок, не выдержав появления чужого человека и полного нарушения привычного уклада, начал мстить. Причем делал это с удивительной точностью — исключительно в тапки тети Ларисы.
Это, разумеется, добавляло их тесному семейному раю особую остроту: обиды, крики, выяснения отношений и громкие жалобы следовали одна за другой. Ольга Сергеевна почти не спала, пила успокоительные капли и рассказывала подругам по телефону, какая у нее тяжелая судьба.
Наталье она после этого не звонила целый месяц. Обиделась.
Но этот месяц тишины стоил каждой из тех примерно двух тысяч гривен, которые Наталья заплатила за такси. С тех пор ни один дальний родственник, оказавшийся проездом в Киеве, больше не переступал порог их квартиры.
Бесплатная гостиница закрылась.
