На ежегодный вечер группы «Белпром» допускали далеко не всех, а лишь тех, чьё слово в этом году могло повлиять на судьбу компании. Просторный, залитый светом зал отеля постепенно наполнялся людьми: приезжали поставщики, представители банков, чиновники, собственники подрядных фирм. У входа поставили стойки с расписанием приёма, официанты раскладывали закуски на длинных столах, а супруга генерального директора лично проверяла рассадку и следила, чтобы каждый оказался там, где было задумано.
Этот вечер для Дмитрия Беляева значил гораздо больше, чем обычное деловое мероприятие. Его предприятие давно держалось на обещаниях, отсрочках и хрупкой надежде, что вскоре появится стратегический инвестор, способный закрыть финансовую пропасть, куда уже уходили миллиарды гривен. Полгода велись переговоры. Юристы пересылали друг другу папки с документами, аудиторы проверяли отчётность, банкиры не спешили с окончательными решениями. При благоприятном исходе в компанию должны были зайти серьёзные деньги, и заводы получили бы шанс выбраться из долговой ямы.
Однако в тот вечер первым обрушилось не предприятие. Первой подвела осторожность.
У столика с программой стоял мужчина в скромном тёмном костюме, явно не новом, и спокойно перелистывал буклет. Именно в этот момент к нему подошла Валерия Беляева. Всего за несколько минут до этого муж дважды повторил ей важную просьбу: среди приглашённых должен появиться представитель «Северного капитала», тот самый инвестор, которого они ждали едва ли не как спасителя. Дмитрий честно признался, что лично этого человека не видел, потому что все контакты до сих пор шли через посредников. Он попросил только об одном: если возникнет хоть малейшее сомнение, не устраивать сцен, а сначала уточнить всё у администратора.
Валерия тогда лишь недовольно скривилась. Она была уверена, что и без чужих подсказок прекрасно отличает «своих» от случайных людей.
Теперь, заметив возле почётной зоны незнакомца в потёртом пиджаке и простых ботинках, она даже не подумала выполнить просьбу мужа.
— Вам, кажется, нужно пройти в другую сторону, — произнесла она достаточно громко, чтобы это услышали стоявшие рядом гости. — Служебный вход находится дальше, через коридор.
Мужчина оторвался от буклета и поднял на неё спокойный взгляд.
— Боюсь, вы неверно поняли. Меня пригласили.
Он говорил ровно, без раздражения и без попытки оправдаться. Именно это почему-то задело Валерию сильнее всего. Она ожидала смущения, поспешных объяснений, растерянности — всего того, что обычно появляется у человека, которого прилюдно ставят на место. Но незнакомец не суетился, не отступал к двери и не старался ей понравиться.
— На подобные приёмы с улицы не заходят, — уже более холодно сказала она. — Это закрытое мероприятие.
— Поэтому я и предлагаю свериться со списком, — спокойно ответил мужчина. — Моё имя там указано.
Валерия Беляева ошибалась, но делала это с такой уверенностью, будто сама реальность обязана была подстроиться под её мнение.
За последние десять лет она привыкла к совершенно иному отношению. В её окружении люди угадывали настроение по одному взгляду и спешили изменить планы, если она недовольно сжимала губы. Она организовывала благотворительные вечера, благосклонно кивала супругам деловых партнёров Дмитрия, распределяла места за столами и могла отчитать персонал так, что после этого официанты ходили на цыпочках. Ей нравилось ощущать себя хозяйкой пространства.
Но ещё больше ей нравилось, когда рядом оказывался кто-то, кого можно было демонстративно поставить ниже.
Тем временем мужчина аккуратно положил буклет обратно на столик и сделал небольшой шаг в сторону, пропуская официанта с подносом. Жест был простой и вежливый, однако Валерию он только разозлил: незнакомец держался слишком свободно, будто действительно имел право здесь находиться.
— Я не намерена с вами спорить, — отрезала она. — Освободите место и не мешайте людям проводить вечер.
— Вечер вы портите прежде всего себе, — ответил он всё тем же спокойным голосом. — Повторяю: позовите администратора, и всё прояснится за минуту.
У соседнего столика разговор внезапно оборвался. Молодая женщина в бежевом платье сделала вид, что внимательно разглядывает цветочную композицию, хотя на самом деле ловила каждое слово. Немолодой поставщик, стоявший чуть поодаль, нахмурился, но вмешиваться не решился. В таких залах подобные столкновения редко остаются незамеченными.
