— К тому, что ты так и не остановился.
Ответ повис между ними, тяжёлый и окончательный. В эту секунду в прихожей резко прозвенел звонок. Дмитрий дёрнул головой к двери, потом недоверчиво посмотрел на Наталью.
— Ты кого-то вызвала?
— Нет.
Она пошла открывать. На лестничной площадке стояла Юлия — женщина лет тридцати пяти, в светлом льняном костюме, с крупной сумкой на плече. Вид у неё был спешащий: волосы растрепал ветер, у висков блестели капли пота.
— Добрый день, — произнесла она, мельком взглянув на Наталью, и тут же перевела глаза на Дмитрия. — Почему ты не берёшь трубку? Мы же договаривались встретиться у риелтора.
Лицо Дмитрия заметно побелело.
Наталья молча отступила в сторону, освобождая проход.
— Заходите. Вы как раз вовремя, мы тут обсуждаем вопросы недвижимости.
— Наталья, не надо, — глухо сказал Дмитрий.
Юлия замерла у входа на кухню, всё ещё держа ручку сумки.
— Объясните мне, что здесь происходит.
— Дмитрий только что сообщил, что намерен развестись, — спокойно ответила Наталья. — А заодно предложил, чтобы моя добрачная квартира после развода каким-то образом осталась ему.
Юлия медленно повернулась к нему.
— Твоя квартира?
— Квартира оформлена на меня, — уточнила Наталья. — Я купила её до брака. Дмитрий к этому жилью не имеет никакого отношения.
Выражение лица Юлии изменилось не сразу. Она не повысила голос, не устроила сцены, не бросилась обвинять. Просто поставила сумку на банкетку и тихо спросила:
— Ты говорил, что квартира общая. И что после развода она перейдёт тебе.
— Я собирался всё уладить, — пробормотал Дмитрий.
— Каким образом?
— Юль, давай не здесь.
— Нет, именно здесь. Потому что сегодня мы должны были обсуждать продажу моей студии. Ты уверял меня, что вопрос с жильём решён и нам будет куда переехать.
Наталья внимательно посмотрела на неё. Вот откуда была эта спешка. Юлия собиралась расстаться со своим единственным жильём и вложиться в их «новую жизнь», опираясь на обещания Дмитрия.
— Не продавайте студию, — негромко сказала Наталья.
Дмитрий резко вскинулся:
— Тебя никто не просил вмешиваться.
— Она пришла в мою квартиру и собиралась принять серьёзное решение, потому что ты ввёл её в заблуждение. Так что я имею полное право назвать вещи своими именами.
Юлия достала телефон и разблокировала экран.
— Ты писал, что после развода подпишете соглашение: Наталья получит дачу, а квартира останется тебе.
— Дача принадлежит моей матери, — сказала Наталья. — И никогда не была нашей совместной собственностью.
Юлия на мгновение закрыла глаза, словно ей понадобилась пауза, чтобы удержаться. Потом открыла переписку и быстро пролистала сообщения.
— А автомобиль?
— Машина куплена в браке, — ответила Наталья. — Дмитрий уже выставил её на продажу и собирался отдать дешевле рынка, не спрашивая моего согласия.
— А деньги на счёте? — Юлия посмотрела уже на него.
Наталья медленно повернула голову к мужу.
— Значит, и про деньги ты ей тоже рассказывал.
Юлия убрала телефон.
— Он говорил, что это его личные накопления.
— Часть этих средств была общей. Он уже снял деньги со счёта.
Дмитрий сделал шаг к ним, будто решил физически вклиниться в разговор и оборвать его.
— Достаточно. Вы сейчас сваливаете всё в одну кучу. Да, я поступил не идеально. Да, хотел быстрее закрыть старую историю и начать новую. Не получилось. Но не надо изображать из меня преступника.
— Преступником я тебя не называла, — ровно сказала Наталья. — Пока это только попытка распорядиться общим имуществом без согласия, забрать общие деньги и убедить другую женщину продать собственную квартиру. Вполне показательный набор поступков.
Юлия снова взяла сумку.
— Я с тобой никуда не еду.
— Юль, не принимай решений на эмоциях.
Она посмотрела на него так холодно, что Дмитрий замолчал на полуслове.
— Я как раз сейчас думаю очень трезво. Студию я оставляю себе. Встречу с риелтором отменяю. И больше в твоих схемах участвовать не собираюсь.
— Это не схема.
— Тогда почему каждый новый факт оказывается совсем не таким, как ты мне рассказывал?
Юлия повернулась к Наталье.
— Простите, что пришла. Я правда ничего не знала.
— Верю.
— Вы давно обо мне знаете?
— Достаточно давно, чтобы подготовиться к сегодняшнему разговору.
Юлия коротко кивнула и вышла. Дмитрий дёрнулся следом, но Наталья остановила его одним только голосом:
— Пусть она уйдёт.
— Не указывай мне.
— Тогда иди. Только сначала оставь ключи.
Он обернулся.
— Какие ещё ключи?
— От моей квартиры.
— Я здесь живу.
— Пока мы официально в браке, ты можешь спокойно забрать свои личные вещи. Но сегодня ты сам сказал, что собираешься строить другую семью, пытался распоряжаться моим жильём и уже вывел общие деньги. После твоего переезда я не намерена оставлять тебе свободный доступ сюда.
— То есть ты меня выгоняешь?
— Я предлагаю нормальный порядок. Сегодня собираешь самое необходимое и ночуешь у друга или в гостинице. Остальные вещи заберёшь позже, в заранее согласованное время. Ключи возвращаешь сразу. После этого я меняю личинку замка.
— Вот так просто?
— Да. Покупается новая личинка, старая снимается, новая устанавливается. Без драм, легенд и спектакля.
Дмитрий попытался усмехнуться, но вышло сухо и коротко.
— Ты, смотрю, всё заранее просчитала.
— Нет. Я просто допустила, что человек, который уже в разговорах распределяет чужую квартиру, однажды может решить, будто и ключи от неё тоже принадлежат ему.
— Я здесь зарегистрирован.
— Регистрация не делает тебя владельцем. К тому же постоянной регистрации у тебя в этой квартире нет. Ты зарегистрирован у своего отца.
Он снова замолчал. Наталья видела: удобных лазеек у него больше не осталось.
Дмитрий прошёл в спальню. Спустя пару минут оттуда донёсся стук дверец шкафа, шорох вешалок и молний. Он складывал одежду в дорожную сумку уже без громких обвинений и демонстративных жестов. Видимо, наконец понял, что ни нажимом, ни угрозами изменить ситуацию не выйдет.
Наталья тем временем открыла банковское приложение и сформировала выписку по общему счёту. Затем отправила Дмитрию сообщение с перечнем условий: вернуть половину снятых средств, удалить объявление о продаже автомобиля, заказать независимую оценку и оформить соглашение о разделе совместно нажитого имущества. Квартиры и дачи в этом списке не было и быть не могло.
Через некоторое время Дмитрий вернулся в прихожую с двумя сумками.
— По оценке автомобиля я с указанной суммой не согласен.
