Хлеб был невероятным: хрустящим снаружи и облачно-нежным внутри. С первым же проглоченным кусочком её охватило странное спокойствие, словно всё в её жизни еще можно было исправить.
В этот момент ожил телефон. На экране высветилось «Игорь».
— Лена, ты где застряла? — голос мужа был сухим и раздраженным. — Зайди в круглосуточный, хлеб кончился. И поживее, к тебе тут подруги твои из института приперлись. Сидят, чай пьют, тебя ждут.
— Подруги? В такое время? — удивилась она.
— Да, говорят, мимо проезжали, решили сюрприз сделать. Давай быстрее, — он сбросил вызов.
Часть II: Трапеза примирения
Дома её встретил шум, которого стены этой квартиры не слышали давно. Три женщины, с которыми Елена не виделась лет десять, сидели на кухне. Увидев подругу, они бросились её обнимать.
— Лена, какой аромат! — воскликнула одна из них, Инна. — От тебя пахнет сказкой!
Игорь, ворчавший до этого на поздний визит, тоже замер. Он подошел к пакету, достал буханку и, не удержавшись, вгрызся в неё прямо так. Его лицо разгладилось. Злость, копившаяся неделями, будто испарилась.
— Где ты это взяла? — спросил он, и в его голосе впервые за долгое время послышалась теплота. — Это же… это же как у бабушки в деревне.
Вечер прошел удивительно. Они ели этот хлеб, макая его в оливковое масло, вспоминали смешные случаи из студенчества, смеялись до слез. Игорь шутил, подливал гостьям чай и даже приобнял Елену за плечи. На мгновение ей показалось, что старушка на остановке была права: этот хлеб действительно принес в дом счастье.
Когда подруги ушли, в квартире воцарилась уютная тишина.
— Лен, — Игорь подошел к ней сзади, когда она мыла чашки. — Прости меня за последние месяцы. Я сам не знаю, что на меня нашло. Давай… давай попробуем заново?
Она обернулась, и её сердце пропустило удар. Она кивнула, чувствуя, как по щеке катится слеза. Казалось, чудо свершилось.
Часть III: Тлеющие угли
Прошла неделя. Магия хлеба начала тускнеть. Пять буханок закончились за три дня. Елена пыталась найти в магазинах что-то похожее, но всё было не тем — пресным, ватным, бездушным.
С уходом последней корки в дом вернулись старые призраки. Игорь снова начал придираться к немытой посуде, Елена снова стала отвечать колкостями. Но теперь всё было хуже. После той «ночи счастья» контраст был невыносимым.
