Вам у нас понравится!
Дмитрий вошёл в купе первым, легко забросил свой небольшой рюкзак на верхнюю полку и тут же устроился там во весь рост, с довольным видом уставившись в потолок.
— Ирина, ты же не обижаешься? Мне наверху спится лучше, там воздух свежее, — бросил он, даже не повернув головы, пока я протискивала в узком проходе наш тяжёлый общий чемодан.
Я лишь молча кивнула, привычно проглатывая раздражение. Мы направлялись в Моршин. Десять дней тишины… вернее, долгожданного покоя, который я буквально выпросила у начальства после полугода работы без единого выходного.
Я принялась раскладывать вещи на нижней полке, надеясь, что хотя бы этот отпуск обойдётся без неожиданностей. Служба в управлении железных дорог приучила меня к аккуратности и системе, но в семейной жизни этот порядок постоянно рушился.
Не прошло и пяти минут, как дверь купе распахнулась так резко, что пластиковая панель жалобно звякнула. На пороге возникла Анастасия, младшая сестра Дмитрия, окружённая тремя огромными чемоданами, словно крепостными стенами.
— Ой, ну и тесно у вас тут! — громко возмутилась она, вваливаясь внутрь и наступая мне на ногу. — Ирина, подвинься, не видишь — человек с багажом.
Я застыла, сжимая в руках пакет с продуктами.
— Анастасия? Ты откуда здесь? У тебя же билет в четырнадцатый вагон, ты сама говорила, что едешь с подругами.
Она даже не посмотрела в мою сторону, по-хозяйски опустившись на мою уже аккуратно застеленную белую простыню прямо в уличных джинсах.
— Дмитрий сказал, что у вас уютнее, а с подругами мне скучно, — протянула она, развалившись на подушке. — Я билет сдала. Дмитрий решил, что мы как-нибудь разместимся.
Я перевела взгляд на мужа. Тот по-прежнему разглядывал потолок, будто трещины на нём представляли куда больший интерес, чем появление незваной гостьи.
— Дмитрий, мы же договаривались. Это наш первый отпуск вдвоём за три года, — я говорила спокойно, но внутри уже поднималась тяжёлая, горячая волна.
— Ирина, только не начинай, — нехотя отозвался он, свесив ноги с полки. — Девчонке скучно одной в плацкарте. Всё-таки родная кровь, не чужая.
Тем временем Анастасия брезгливо подвинула мою косметичку к самому краю столика, едва не столкнув её на пол.
— Слушай, Ирина, тут такое дело, — она улыбнулась так сладко, что в этой улыбке чувствовалась хищная нотка. — Мне на нижней полке удобнее. После фитнеса спина ноет, наверх я не полезу.
Я медленно выпрямилась, ощущая, как внутри нарастает напряжение, и поняла, что дальше отмалчиваться уже не получится.
